«Астра-1»

исследований найденного ранее источника в Монголии. Эти разработки помогли ему и его группе уцелеть при выбросе.
– Соглашусь, это не лишено смысла. А дальше?
– А дальше… Картавин неожиданно погиб по нелепой случайности. Зимин же, в свою очередь, решил, что это Штрасс их предал и раскрыл все планы Министерству обороны. Комиссия прибыла слишком быстро и была, как ему показалось, весьма странной. Это и натолкнуло полковника на предательские мысли. Он решил отомстить ему. Из-за разочарования, серьезного стресса и возможно косвенного действия излучения, а также нахлынувших эмоций у него своеобразно помутилось сознание.
– То есть, таким образом, ваш муж стравил двух главных зачинщиков между собой, заставив их как баранов, биться друг друга лбами?
– В общем-то, да.
– Что было дальше?
– А дальше – больше. Когда бойня превзошла все мыслимые границы, ученые Зимина нашли способ ослабить воздействие возмущения, которое к тому времени уже набрало силу. Один из них был отец Германова. Штрасс, несмотря на своих хорошо подготовленных людей – проиграл. Ему пришлось бежать, причем тем же путем, каким он и пришел сюда, но при этом потеряв всех подчиненных. Зимин тоже получил ранение и не смог преследовать Штрасса, но его место занял Лаптев. Антон тоже был одержим, но всецело принимал сторону полковника. Так как Лаптев не вернулся, полковник посчитал, что тот погиб.
– И это действительно так. Мы нашли его тело в ракетном комплексе.
– Это было очевидно. Все разведчики, отправленные на их поиски, либо погибли, либо возвращались ни с чем. Выход, на границе с комплексом, оказался перекрыт массивной дверью.
– Паровая машина… – прошептала Катя. – Мы нашли ее. И открыли двери.
– И теперь выход открыт?
– Да, но из самого ракетного комплекса выход все равно был заблокирован. Там отсутствуют лестничные пролеты и лифты. Да и паровая машина случайно взорвалась. Вход может быть завален.
– Скорее всего, это сбежавший Штрасс уничтожал за собой и лифты и лестницы. Он же запустил паровую машину.
– Верно. Пытался сбросить хвост? Хм… А может и замести следы.
– Значит, сейчас, оттуда не выбраться?
– Думаю, нет. Но это не точно. Да и Штрасс сам постарался сделать так, чтобы мы отсюда не выбрались. Ведь это по его, пусть и неявной, наводке мы оказались здесь.
– Вот как? А вы допускаете, что Штрасс мог сюда спуститься за вами?
– А зачем ему это?
– Есть причина.
– И какая же?
– Ну, во-первых – месть Зимину. А во-вторых, здесь на нижних уровнях, есть тайные лаборатории генетики, когда-то разрабатывающих что-то секретное. Название комплекса “Гамма – 3” . Мой муж, а он был гениальным генетиком, разрабатывал что-то кардинально новое. Его успехи весьма заинтересовали и полковника и Штрасса. Олег все понял, тихо свернул разработки. А сам неожиданно пропал, сразу после начала бойни. Но я догадывалась, в чем дело, ведь он многое мне рассказал. Он пропал, но его документы сохранились. Об их местонахождении и пытался узнать Зимин. Но и это не все. Гермоворота закрыты. Чтобы их открыть – нужен специальный код. Его знает только полковник, но это все равно не имеет никакого значения. Олег перед исчезновением успел сломать замок. Причем окончательно. Для того чтобы Зимин не вернулся к первоначальной идее воплотить план в жизнь.
– Я так понимаю, теперь, полковник, по сути, заперт здесь с обеих сторон?
– Да. И хотя изначальный план уже не реализовать в полной мере, Зимин все ещё дико боится, что обо всем узнают и за ним придут. Ведь Штрасс тогда сбежал. Неизвестно кому и что он рассказал.
– Извините! – вдруг вмешался Павел. – Но полковник знает, как открыть ворота! Замок вовсе не проблема. Загвоздка в другом. Его ученые что-то с ними сотворили… Я это точно знаю.
– Вот как?
Павел кивнул.
– Хм, интересно. – Елена задумалась. – Значит, он может открыть гермоворота. Но план… Он, что, задумал что-то еще?
– Да, здесь я с вами соглашусь – сейчас тот план уже не представляет угрозы. Техника морально устарела, людей мало, да и идеология…
– А вот идеология ещё очень сильна… Даже сейчас более сотни человек готовы идти за Зиминым. Те, кто остались, в подавляющем большинстве поддадутся общему мнению. Они устали от такой жизни. От советской, первоначальной идеологии, остались крупицы.
– Но какой в этом смысл?
– Разве не понятно?
– Извините, но нет.
– Зимин, конечно, может покинуть «Астру», но он этого не сделает. Он тоже, все ещё жаждет мести. Он ждет возвращения Штрасса. А ещё, ему нужны разработки из комплекса лабораторий. Но он не знает, как добраться