Атаман. Гексалогия

кого замечу и успею достать нож или пистолет, всё – вы провалили задание. Начали, Фёдор – ты лазутчик.
Я встал к ним спиной, но уловил движение Федора сразу. Выхватил нож и метнул его прямо перед ногой холопа. Нож вонзился в сантиметре от носка сапога. Федор испуганно отдёрнул ногу.
– Понял теперь? Одно постороннее движение – и ты убит или покалечен.
Я занимался таким образом с ними часто, а когда не мог проводить занятия сам, это делал Фёдор. И когда лёг снег, в боевом мастерстве мои холопы были на голову выше тех, кого я привёл от Опрышко.
– Колготной ты, боярин, – сказал мне както Федька, – но с тобой интересно – всё время ты чтото придумываешь. Я раньше думал, что знаю всё, что ратнику нужно.
– Так и есть, Федя. Чем больше узнаёшь, тем яснее становится, что знаешь мало и надо знать всё больше и больше.
– А зачем?
– Чтобы из сложной, иногда безвыходной ситуации домой живым вернуться, а не в гробу.
Когда ударили морозы, и реки покрылись льдом, всем боярам был объявлен смотр их дружин. Собрались во всеоружии на городской площади. Во главе своих малых и больших ратей ехали на конях бояре, за ними – их боевые холопы. За кемто из бояр ехал один холоп, за некоторыми – не один десяток. Все в кольчугах или полудоспехах, с копьями, саблями и со щитами. Бегавший по площади писарь переписал на бумагу, кто из бояр явился и сколько ратников выставил.
Затем помощники воеводы придирчиво осматривали коней, оружие и доспехи. И горе было тому боярину, у холопа которого обнаруживали ржавую кольчугу или копьё с треснувшим ратовищем. От внимательного глаза проверяющих не ускользала даже мелочь – вроде потёртого ремня на лошадиной упряжи.
Закончился смотр уже вечером. Все потянулись в кабаки, трактир, харчевни. Ратники замёрзли, хотели есть. Питейные заведения на кварталдва вокруг площади были забиты ратниками. Бояре не скупились, накрывали богатые столы. На столах стояли блюда с целиком зажаренными поросятами, гуси с яблоками, утки, тушенные с капустой, караси в сметане, пироги, кулебяки и пряженцы самых разных форм и разных – каких только можно придумать начинок – от яблок до рыбы. Вино лилось рекою – сладковатое яблочное наше, немецкая мальвазия, французское бордо для бояр побогаче.
Ели и пили много, но пьяных не было, ратники – люди дисциплинированные, тем более со смотра все в трапезные явились с оружием. Каждый чётко понимал, что неосторожное слово может привести к драке. Представляете себе драку на кулаках между вооруженными и обученными людьми? Конечно, в ход пустят ножи и сабли, и всё может кончиться кровопролитием. Посему бояре пили, но меру знали и за своими дружинами приглядывали. Бояре сидели – каждый во главе стола, за которым сидела его дружина, и ревностно поглядывали на соседние столы – не хуже ли стол накрыт, не богаче ли оружие?
И всётаки неприятное происшествие случилось.
Был уже вечер, ратники изрядно выпили, пели песни, рассказывали легенды и байки. Вдруг распахнулась дверь, впустив клубы морозного воздуха, и вошли три городских стражника. Старший поднял руку. Его заметили не сразу, но постепенно шум стих. Все уставились на стражников, недоумевая, по какому поводу они заявились. Никто не буянил, посуду не бил, драк тоже не было.
– Уважаемых бояр прошу подойти ко мне. Поднялось шесть человек, они подошли к старшему.
– Прошу выйти во двор.
Никто не стал возмущаться – видимо, чтото произошло. Все вышли. Старший из стражи повернул за угол, где вдали располагалось отхожее место. И здесь все остановились как вкопанные. На утоптанном снегу лежал убитый человек.
– Боярин Тиунов, – узнал погибшего ктото из бояр.
– Совершил злодейство один из тех, кто пирует в трактире, – изрёк стражник, – поэтому мы должны осмотреть оружие у всех.
– Э, подожди, служивый, – вышел вперёд я. – Давай посмотрим.
Я подошёл к погибшему. Тело уже остыло. Так и немудрено – на улице зима, мороз. Поверх кольчуги на погибшем была накинута распахнутая шуба. На груди кольчуга была прорублена. Саблей или мечом такого не сделать, явно – топор, и не плотницкий, а боевой.
– Глядите сюда. Рану видите?
Поочерёдно стражники и бояре осмотрели рану.
– Видим.
– Согласны, что саблей такую рану не сделать?
– А то как же. Топором ударили. К чему ты клонишь?
– Вот к чему. Боевые топоры есть не у всех ратников. В моей дружине их нет ни у кого. К чему их осматривать? Господабояре, у кого в дружине у ратников боевые топоры есть?
– У моих есть, – растерянно сказал боярин Шелудков.
– А у него в дружине были? – Я указал на убитого.
– Кто его знает, вроде были.
– Давайте выведем сюда дружинников Шелудкова и Тиунова. Не всех – только тех, у кого топоры