Авария – и волею случая наш современник, врач Юрий Котлов переносится в XVI век, эпоху правления жестокого и могущественного Ивана Грозного. В борьбе за выживание ему приходится попробовать ремесло телохранителя, участвовать в обороне русской крепости от татар и самому штурмовать город княжества Литовского. Перенос во времени дал герою необычные способности, помогающие ему в борьбе с врагами.
Авторы: Корчевский Юрий Григорьевич
хотелось вставать и лезть в мрачное подземелье! И какое удовольствие находят в таком времяпрепровождении спелеологи и прочий люд? Но – надо, потому оделся, плотно позавтракали с Федькой, и выехали со двора. Федя трясся на подводе, я не спеша ехал рядом с ним верхами.
Мы добрались до колодца, опустили пустые ящики, потом на верёвке спустился я. После летнего солнца огонёк масляного светильника казался тусклым и зыбким.
Я пробрался к сундуку, бережно уложил свитки в ящики. Один из свитков меня заинтересовал. Чем – и сам сказать не могу. Я бережно развернул его, поднёс к светильнику. Ерунда какаято! Буквы вроде русские, а понять ничего не могу. Ладно, почитаю позже. Этот свиток я решил оставить себе.
Мы вытащили ящики на поверхность – их было всего три, но на мой взгляд, это были самые ценные находки. Погрузили ящики в телегу и сразу отправились в монастырь. Знакомый привратник открыл ворота, и мы въехали во двор.
Я прошёл в монастырское здание, попросил проходящего монаха найти настоятеля, и вскоре он уже спешил мне навстречу. Глаза его были воспалены, под глазами – тёмные круги.
– Всю ночь смотрел книжицы, что вчера доставили, – посетовал он, – совсем поспать не удалось.
– В самом деле оно того стоило? – осторожно поинтересовался я.
– Да коекаким рукописям просто цены нет. Святая церковь знала, что они есть, но где и у кого? С чем пожаловал?
– Думаю, я доставил самое ценное – свитки, манускрипты.
– Так неси, чего стоишь?
– Куда?
– В палаты неси, куда ранее ходил. Дорогу найдёшь – хаживал ведь не раз.
Мы с Фёдором перенесли три ящика в палаты. Весу в них было немного.
Я отпустил Фёдора, приказав ехать домой.
Когда мы остались одни, Савва сорвал крышку с одного из ящиков, трясущимися руками осторожно вынул свиток, развернул, вчитался. Ну прямо Гобсек!
– И чего там? – безразлично поинтересовался я.
– Тебе неинтересно сие – церковные споры.
Не хочешь отвечать – не надо.
– Я выполнил твоё поручение, настоятель. В подземелье не осталось ни одной бумаги. Я свободен?
– Да, да – свободен. Спасибо!
Настоятель перекрестил меня и потянулся к ящику за новым свитком. Помоему, он уже забыл о моём присутствии.
Я вышел, вывел за ворота коня, вскочил в седло и вскоре уже был дома.
Слава Богу, кончилась подземная эпопея. Теперь я могу спокойно заниматься своими делами.
Мы с Федей не спеша вымылись с в бане, поужинали и завалились спать.
Проснулся я только к полудню. Домашние старались не шуметь, говорили вполголоса.
В теле ощущалась бодрость, а более всего радовала мысль, что сегодня, как и в дальнейшем, не надо будет лезть под землю.
После завтрака я решил посмотреть свиток, что оставил вчера себе. Это – единственная ценность, которая у меня осталась. Всё найденное я добросовестно привёз в монастырь. Да и что там читать? Латынь да греческий, причём – древнегреческий. Замучаешься переводить.
В кабинете я развернул свиток. Был он длинен – не менее метра, а в ширину невелик – сантиметров двадцать, накручен на полированную деревянную полочку. Нука, буквы русского алфавита – должен осилить.
Я попытался читать. Белиберда какаято. Я начал произносить слова вслух. Набор слов, причём – бессмысленных.
Я прочёл вслух первый абзац, и не успел я произнести последнее слово, как произошло нечто. Нечто, потому как вразумительно объяснить произошедшее невозможно. В комнате появился туман, который начал на глазах сгущаться. Возникло поначалу зыбкое лицо, которое вскоре стало чётким. Привидение? Насколько я знаю, привидения полупрозрачны, в белых одеждах. А здесь – только лицо, а не вся фигура, причём – я бы не сказал, что лицо доброе.
Признаюсь честно, мне стало не по себе. Говорил же настоятель о какойто магии предсказателя… Дёрнуло же меня развернуть свиток! И что теперь делать с этим лицом в облаке тумана?
– Ты кто? – спросил я. Наверное, с испуга.
– Тот, кого ты вызвал. Меня давно никто не беспокоил. С тех пор, как умер хозяин.
– А кто твой хозяин?
– Ты его видел за столом с ножом в спине.
– И кто его убил?
– Сын.
Ни фига себе – поворот.
– А говорили, что князь в Литву съехал.
– Людишки много говорят. Знают мало.
Видимо, о людях это… ммм… привидение было невысокого мнения.
– Изза чего убил?
– Златосеребро, только оно ему не досталось.
– А кому?
Привидение, или как его там, зевнуло, лицо его снова стало зыбким, контуры его расплылись, и вскоре оно исчезло, а за ним – и туман.
Не переработался ли я в подземелье? Может, мне весь этот разговор с духом пригрезился?
Я сидел в какомто ступоре, оглушённый и подавленный. Ясный перец – я влез туда,
