Авария – и волею случая наш современник, врач Юрий Котлов переносится в XVI век, эпоху правления жестокого и могущественного Ивана Грозного. В борьбе за выживание ему приходится попробовать ремесло телохранителя, участвовать в обороне русской крепости от татар и самому штурмовать город княжества Литовского. Перенос во времени дал герою необычные способности, помогающие ему в борьбе с врагами.
Авторы: Корчевский Юрий Григорьевич
что письмо, которое я тебе вручу, не попадёт в чужие руки; лучше сожги, разорви в клочья, съешь, но ни в коем случае оно не должно попасть в чужие руки. Доставить государевыми слугами не могу, потому как дело уж очень… – Адашев замолчал, подыскивая слово, – щепетильное. Ты знаешь значение этого слова?
Я кивнул.
– Вот и хорошо. Вот тебе подорожная, чтобы на порубежье пропустили свободно, вот само письмо.
Адашев вручил две бумаги, одна из них была запечатана восковой печатью с узорным рисунком. Подробно объяснил адрес: ехать предстояло в Полоцк, а это уже княжество Литовское, не наша земля. На прощание дьяк вручил мешочек серебра на дорожные расходы.
– Котлов, всё, что угодно, но письмо не должно попасть в чужие руки!
– Да понял я, понял.
Я откланялся и ушёл. Парни мои были уже в сборе, думали заняться верховой ездой, как и в предыдущие дни. Я их огорошил, что надо выезжать.
– Сбор через час, с оружием, здесь же.
Парни мгновенно исчезли – времени было в обрез. Сам я тоже направился домой.
Поцеловав Дарью, объявил, что срочно уезжаю. Даша без лишних слов кинулась собирать тормозок со снедью.
Из оружия я решил взять арбалет и саблю. Топор уж больно тяжёл, да и не на битву еду. Через четверть часа был готов, присел на дорожку, обнял Дарью, перекрестился и вышел.
Парни уже были в сборе, кони осёдланы. Вскочив на коней, выехали за ворота. Мороз стоял несильный, ехать было в удовольствие, но когда мы выехали на смоленскую дорогу, перешли на рысь. Гнали с небольшими остановками весь день, лишь уже в потёмках остановились на постоялом дворе. Кони устало поводили боками, от их шкур валил пар. Наказали прислуге поводить лошадей и накрыть их попонами. Мы же, поужинав, завалились спать.
Так, без происшествий, добрались до Полоцка за восемь дней утомительной скачки. Когда показались могучие стены Полоцкой крепости, кони уже могли только идти, на галоп не было сил. Да и я с трудом держался в седле, пятой точки уже не чувствовал совсем.
Стража в воротах посмотрела внимательно, но останавливать не стала. Въехали, и я удивился толщине крепостных стен – метра четыре, не меньше. Серьёзное сооружение, сделано на века.
– Так, парни, сначала ищем постоялый двор, кони от усталости упадут скоро; перекусим и займёмся делом, ради которого прибыли сюда.
Квартала через два попался постоялый двор; определили коней в конюшню, сняли комнату. Я с Сергеем решил сходить к адресату, Кирилл с Алексеем должны были ждать.
Выйдя на улицу, расспросил прохожих, где находится нужный нам трактир. Не спеша направились по адресу. Мы сами устали от гонки не меньше, чем лошади. Я периодически поглядывал по сторонам, а, сворачивая на перекрёстках, оборачивался назад. Интересно, послал ли Адашев за нами шпиона или решил дать нам свободу действий? Вроде никого подозрительного, по крайней мере, примелькавшихся лиц я не увидел. А Сергей шёл спокойно, даже спросил:
– Чего ты крутишься? Али увидел интересное что?
Пришлось соврать:
– Я в Полоцке в первый раз, поглядеть хочу.
– Чего на него глядеть – дома они дома и есть, одни бревенчатые, в Москве получше.
До трактира не дошли метров сто. Меня остановил Сергей:
– Стой, атаман, глядика.
Я остановился:
– Что случилось?
– Сам посмотри – дружинники литовские у трактира, в кольчугах и при оружии.
– И что с этого? Может, выпить зашли.
– На любителей выпить не похожи, в трактир в кольчугах не ходят. Неладно чтото.
Надо понаблюдать, всётаки, чужая страна, хоть и говорят здесь порусски. Не хватало только влипнуть.
Мы остановились на углу, за деревом. Не Бог весть какое укрытие, но лучшего не было. Терпение наше было вознаграждено. Из дома вывели мужика в рубашке и штанах избитого, со связанными руками. Окружив охраной, погнали вдоль улицы.
– Ты не к нему шёл?
– Не знаю, Сергей, я его никогда не видел.
Мы пошли за дружинниками, держась на почтительном расстоянии. Шли недолго. Дружинники завели мужика внутрь каменного здания.
– Тюрьма! – сказал Сергей.
– Почему ты так решил?
– А решётки на окнах видишь?
Да, недосмотрел, похоже, и в самом деле тюрьма, поруб поместному.
Так, что же делать? Адашев ничего не говорил о таком варианте событий. Наверное, знал бы – не послал письмо, стало быть, произошедшее было для дьяка тоже неожиданным. Надо чтото решать.
– Сергей, остаёшься здесь. Мужика запомнил, которого арестовали?
– Запомнил.
– Если из поруба куданибудь поведут – проследи. Я на постоялый двор, к ребятам. Надо подготовиться. К вечеру, если ничего не произойдёт, я тебя сменю.
Быстрым шагом я направился на постоялый двор.
– Вот что,
