Авария – и волею случая наш современник, врач Юрий Котлов переносится в XVI век, эпоху правления жестокого и могущественного Ивана Грозного. В борьбе за выживание ему приходится попробовать ремесло телохранителя, участвовать в обороне русской крепости от татар и самому штурмовать город княжества Литовского. Перенос во времени дал герою необычные способности, помогающие ему в борьбе с врагами.
Авторы: Корчевский Юрий Григорьевич
Просунул голову. Ни черта не видно. Прошёл в комнату, вытащил кресало, запалил фитилёк. Ёмоё! С огнём я поторопился. В комнате полно бочек с порохом, кадушек с картечью, в углу – ядра. Попал, куда надо.
Освещение от фитиля скудное, еле видно в двух шагах. Я закрепил фитилёк у двери. Зажигать чтото более существенное просто нельзя, опасно для жизни. Ногой выбил дно у ближайшей бочки, высыпал порох на пол, придвинул сюда ещё четыре бочонка, ножом проковырял в днище каждой бочки изрядные дырки. Теперь надо найти верёвку или шнур в качестве замедлителя. Нету! Всю комнату обшарил, именно обшарил – руками, весь вымазался в пыли и паутине. Ну что же, за неимением гербовой пишут на простой.
Я выбрал дальний от бочек с порохом угол, насыпал туда дорожку найденным мушкетным порохом. Теперь надо поджечь, и, пока огонь поползёт – нет, побежит по пороховой дорожке, быстро отсюда сваливать.
Я просунул голову сквозь стену. Вот незадача. Дальний угол, куда я провёл дорожку, выходил к наружной стороне, а там ров с водой. То есть, это была вода, а сейчас всё покрыто снегом и льдом. Как бы ноги не сломать, высота метра тричетыре, в темноте и не разберёшь.
Я поджёг от фитилька порох, прошёл сквозь стену и упал. Упал удачно, ничего себе не сломав и не вывихнув. Поднявшись, побежал в сторону. Сколько у меня в запасе времени – сказать сложно, но желательно отбежать подальше. И я бежал так быстро, как только мог. Но попробуйте бежать по льду, занесённому снегом. Ноги оскальзывались, я падал, поднимался и вновь бежал.
Сверху меня заметили: какойто чересчур ретивый стражник окликнул:
– Кто такой? Стоять!
И в это время бабахнуло. Сначала башня как бы вспухла изнутри, потом вырвались языки пламени, и раздался сильный взрыв. Полетели доски, камни и ещё неизвестно что. Хорошо, что во время взрыва я успел открыть широко рот, а то бы барабанные перепонки порвало. От башни остались одни руины.
Не теряя времени, я прошёл сквозь крепостную стену – толстая очень. Вышел почти к тому месту, где оставил Ивана. Он лежал на животе, прикрыв голову руками. Мне пришлось его сильно толкнуть, на мой голос он не среагировал. Увидев меня, он пальцем показал на развалины:
– Ты?
Я кивнул, схватил его за руку, и мы побежали к бывшей башне. Надо успеть, пока не очухались воины. Рядом с башней живых уж точно никого не осталось, но ведь другие башни целы, да и на стене ктонибудь из стражей мог уцелеть.
На развалинах начинался пожар – горели доски пола, остатки массивных дубовых ворот. Очень некстати. Спотыкаясь о камни, лавируя между огнями, мы всётаки пробрались наружу. Впереди угадывались в потёмках контуры дороги.
– Быстрее, быстрее, Иван, надо уносить ноги.
Я почти бежал, держа за руку Ивана. Пёр, как буксирный катер с баржей на буксире.
Опушка ближе и ближе. Я периодически оглядывался. На фоне пожара были видны маленькие фигуры суетящихся людей. Вовремя проскочили, главное – погони нет.
К опушке подбежали взмыленные, хватая ртом воздух. Ивану было совсем худо. Но искать или ждать не пришлось. Из темноты возникла фигура:
– Атаман, это ты?
– Нет, не я; помогай, видишь, человек совсем без сил после пыток.
Алексей взвалил Ивана на спину, и мы по дороге направились вглубь от опушки леса. Сзади ещё раздавались тревожные крики и были видны отблески пожара. Метров через сто мы увидели смутные контуры лошадей.
– Наши, – выдохнул Лёша, с облегчением свалил Ивана на руки подбежавших товарищей.
Вчетвером мы усадили Ивана на лошадь, Кирилл снял с себя тулуп и накинул на Ивана, оставшись в кафтане.
– Всё, будем уходить, сколько сможем. Переполоха я наделал много, утром обнаружат побег из тюрьмы. Если найдётся кто умный и свяжет побег со взрывом башни – разошлют погоню по всем дорогам.
Я стегнул лошадь плёткой. Застоявшееся на морозе животное с ходу рвануло галопом. За спиной слышался топот коней моих боевых товарищей. Скакали всю ночь, сделав лишь две короткие остановки, да и то изза Ивана. Ему бы сейчас в тепло, да отлежаться. Я – здоровый мужик, но и то после скачки до Полоцка сейчас держался в седле с трудом, стиснув зубы – до того болело седалище. А каково ему после пыток? Пока не въедем на свою землю, надо гнать и гнать. Не ровен час, на порубежье литовском остановят, я ведь не знаю, может, голубиная почта есть, или гонец по более короткой дороге нас опередить сможет; поэтому задача номер один – добраться до своих, там немного и передохнуть можно.
Перед рассветом с ходу проскочили сонную деревушку. Лошади стали уставать, хотя мы периодически переходили с галопа на шаг, они уже были в мыле.
– Парни, кто дорогу знает? Далеко ли до порубежья?
Отозвался Кирилл:
– Был я в этих краях, давно только,
