Атон. Трилогия

кажется, что пора заканчивать этот балаган — сказал я Дору, настроение, которого стало очень плохим.
— Согласен! — кивнул он и протиснулся сквозь толпу в первый ряд. Шум быстро стих и теперь было слышен голос только одного гнома — короля Дориана.
— Я гарантировал вам оплату, и вы её получите, как и было оговорено! — заявил он, посмотрев на собравшихся здесь гномов совсем не добрым взглядом.
— Ты нищий, что ты можешь гарантировать! — выкрикнул один из гномов.
— Ой, зря он это сказал, ой зря — подумал я, и увидел как массивный кулак Дора впечатался в нос обнаглевшего соплеменника.
— Я Дориан, король подгорного королевства, кто из вас хочет это оспорить? — тишина стала ему ответом, желающих почему-то не нашлось. — Что по закону полагается за оскорбление короля? — Дор кипел от злости, заглядывая в глаза каждого из гномов. В их глазах появлялся страх, и они опускали их, не выдерживая взгляда своего короля. — Я жду ответа, или может быть вы, уже забыли наши законы?
— Смерть в жерле вулкана — тихо пробормотал один из них, — всем — добавил он ещё тише.
Дело принимало очень нежелательное направление, наказание было очень суровым. — С таким подходом у нас через месяц не останется ни одного гнома — подумал я, и стал думать, что теперь со всем этим делать. Спасти жизнь глупым бородачам очень хотелось, но и подрывать авторитет Дора совсем не хотелось. Я отвёл Дора в сторону для разговора.
— Дор, я как твой друг, прошу не убивать всех, они не должны лишиться жизни из-за одного дурака. Накажи их как-нибудь по-другому, но сильно — попросил я его, говоря это тихо, чтобы нас не слышали. Передал ему два мешочка, по пятьсот золотых монет в каждом. Он взял их, немного подумал, а потом бросил в ноги гномам.
— Здесь тысяча золотых, больше никто из вас не получит и гнутого медяка! Его казнить на площади перед всеми гномами, что сейчас находятся здесь, и объяснить за что. Выполняйте! — рявкнул Дор прямо в ухо ближайшего гнома. Приговорённого вывели, он, понимая, что терять ему уже нечего, пытался дальше оскорблять Дора, и ему быстро заткнули рот.
— Осуждаешь? — спросил меня Дор.
— Нет, не осуждаю, ты всё правильно сделал, оставлять такое просто так не нужно, уважать перестанут.
Работа на верфи временно остановилась, многие не могли поверить глазам в происходящее и были шокированы казнью одного из гномов. Гнома повесили, это считалось позорной смертью, и вся семья казнённого лишалась привилегий, если они, конечно, были. Оставшиеся гномы были не рады тому, что им резко урезали зарплату, но приняли это как справедливое наказание и не ворчали.
Я, направляясь сюда, собирался ещё раз поторговаться с гномами, чтобы они сбросили цену, но чтобы так! Таким способом сбавлять цену, я точно не предполагал, да и не хотел даже сейчас, после казни.

— Анна Сергеевна, это уже свинство с его стороны по отношению к нам! Куда он опять смылся? Бросил нас здесь, а что нам делать не сказал — я ходил по комнате и возмущался, жалуясь Анне.
— Федя, насколько я помню, то наш Антон, точнее Атон, является королем, но пытается это скрывать. Дел у него, по моему мнению, сейчас очень много и вообще, он докладывать о том, куда и зачем отправился, никому не обязан. А ты как граф, должен сам найти себе достойное занятие.
— Ну, какое ещё занят — стоп! Кто граф? Я граф? Кто сказал? — я решил, что мне послышалось.
— Фёдор, я честно не знаю, о чём Атон разговаривал с бароном, но нас тут считают явно не простыми людьми. Тебя называют не иначе как граф Фьодор Колоссо, а меня почему-то приняли за баронессу по имени Анна Велес — пояснила Анна, чем повергла меня в шок. — Я думаю, что Атон здесь не причём, это Дориан нас так окрестил. Вспомни, что произошло, когда мы сюда прибыли и кто нас с местными знакомил.
— Вот, блин, а ведь точно это был Дор! Вот это он учудил! И что нам теперь делать? — я честно признаться слегка струсил, от свалившегося на мою бедную голову титула.
— Ничего особого, просто теперь нам придётся соответствовать высокому положению в обществе, которое нам досталось незаслуженно. И в связи с этим у меня к тебе очень маленькая, но и одновременно большая просьба.
— Какая? — я не мог предположить, о чём она меня может попросить, учитывая, что фактически я никто.
— Веди себя прилично, не позорь ни себя, ни Атона, иначе я не посмотрю на то, что ты теперь граф. ВЫПОРЮ! — повысила голос Анна Сергеевна.
— Кхе, кхе, не посмеете, дорогая баронесса Велес, мой титул выше вашего — заявил я, поняв, что она шутит про наказание.
— Так ведь я это буду делать не у всех на виду, только когда останемся наедине, например