Атон. Трилогия

секира мешала при рисовании пентаграммы.
На шестом по счёту прыжке, я выдохся, ноги дрожали, голова кружилась, казалось, что секира стала раз в пять тяжелее. От усталости упал на холодную землю. Хорошо понимая, что лежать на холодной земле не стоит, решил встать. Тело вставать не хотело, но разум победил, и я смог встать пока только на четвереньки. Мне казалось, что вся моя магическая сила потратилась на эти порталы, подумал, что мне не помешало бы пополнить её запас. Потоки силы в этом месте были тонкими и расположены слишком высоко. Я вытянул свои жгуты и попытался дотянуться до них. Жгуты извивались как змеи и постоянно заваливались в разные стороны, поймать потоки мне так и не удалось, они ускользали от меня. — Дожил, меня даже магические потоки и те боятся — вздохнул я, сделав вывод.
Голова хоть и кружилась, но ещё была в состоянии думать и подсказала, что силу можно ведь и отобрать, как у кустика на берегу моря. Осмотревшись по сторонам, выбрал для отбора силы большое дерево, растущее неподалеку. — Оно большое, если немного поделится, то ничего страшного не произойдёт — уговаривал себя, направившись к нему и волоча за собой старую секиру. Добравшись до дерева, обнял его как старого друга, а после стал всем телом пить его силу. Как умирающий от жажды в жаркой пустыне, я пил, пил и пил, пока не опьянел от количества принятой в себя силы. Отлипнув от ствола, я открыл глаза и вздрогнул. Дерево стало мертвым, как и всё, что росло рядом от него на сто метров вокруг. Лёгкий ветерок срывал с него листву, и она рассыпалась в пыль, не долетая до земли. Мощный ствол стал трескаться, грозя упасть мне на голову. Я отпрыгнул от него и сделал это очень вовремя. Ствол разваливался на большие куски, и они падали на землю, поднимая тучи пыли. Через минуту, от когда-то большого и крепкого дерева, не осталось ничего, кроме нескольких куч сухой пыли.
— Да что же это такое! — закричал я, сидя на земле, обхватив свою глупую тыкву руками. — Я не маг, а просто передвижной Армагеддон, к чему не притронусь так всё сразу либо в щепки, либо в пыль. — Сколько я сидел так, обхватив голову, не помню, может минуту, а может и час. Опьянение от полученной силы прошло, но усталость осталась. Пересилив себя, встал, и начертил пентаграмму портала. Прыгнул порталом два раза и увидел Одор. Дальше уже шёл своими ногами, последние метры до дома преодолел уже на из последних сил. Дор заметив меня, выбежал встречать вместе с кухаркой, они меня потом и занесли в дом, потому что мои ноги отказались шагать дальше. Уснул я прямо за столом, с ложкой в руке.

Неужели Атон мне не сорвал, и он правда знает, где покоится тело первого короля гномов. В книге законов, по которым живут все гномы, написано, что — тот, кто владеет секирой бога, тот и есть законный король всего гномьего народа. Никакая корона не даёт такую власть как секира, никакие богатства не помогут тебе стать королём. Если ты будешь даже абсолютно голым, но в твоих руках эта секира, ты всё равно король над всеми гномами. Атону нужна помощь гномов, и он её получит, не будь я Дориан. Секиру я, конечно, потом спрячу понадёжнее, мало ли чего, не все же гномы соблюдают закон. Стану королём и пусть хоть кто-нибудь попробует опять меня изгнать, хотя, я же потом смогу жить, где захочу, хоть у орков. Не, с орками это я погорячился, вот у Дарморо мне понравилось, там и осяду, надеюсь, не прогонит — всё ж королём буду. Где же он ходит-то, сказал, что к вечеру вернётся, солнце вот-вот сядет, а его всё ещё нет. Может, случилось чего?
— Бум, дзинь — раздалось возле двери, я выглянул в окно, там стоял Атон, его качало как травинку на ветру. На ступенях перед дверью лежала очень старая и большая секира. Атон сбросил свой мешок с плеч и упал на колени. Я бросился ему на встречу, по пути позвал ещё и кухарку, на всякий случай, вдруг помощь потребуется.
— Атон, ты что ранен? — я успел его поддержать, чтобы он не упал совсем. Его лицо было бледным, под глазами тёмные круги, руки дрожали, но он улыбался.
— Дор, а у тебя пожрать, ничего нет?
— Найдём, для тебя всегда найдём, ты же дома.
— Берём и несём его на кухню — велел я кухарке, охающей за моей спиной. Пока она накрывала на стол, я вернулся за секирой и мешком. — Ого! Как он это смог дотащить, во мне веса и то меньше. — Атон уснул прямо за столом, с ложкой каши в руке. Мы с кухаркой перенесли его на кровать, пусть спит до тех пор, пока сам не проснётся.
Мои руки задрожали, когда я взял секиру, это точно была секира первого короля. Божественный символ, переплетённый с вензелем короля, был выбит на одной из её сторон, с другой стороны находился ещё какой-то символ, мне неизвестный. Символ бога с вензелем короля, я видел на книге законов, она была у нашего вождя, копия конечно.