Авантюристка в Академии

В ответ просто кивнула. И тут же поймала внимательный взгляд Рей Нормана. О чем он думал, не знаю. Но краснеть и принимать томные позы, не было никакого желания. Вместо этого, я подмигнула задумавшемуся вервольфу, а потом уставилась на доску. МакМар гад, одни вступительные экзамены чего стоят. И мне бы игнорировать этого умника-психолога вместе с его укроками, только зачет по никто не отменял.

***
Едва прозвенел звонок, а наши потянулись к выходу, Сель поинтересовалась:
— Мне в дамскую комнату. Ты со мной?
Следующим уроком снова стояла психология, а я не успела срисовать то, что изобразил МакМар с доски. Поэтому решила никуда не ходить.
— Иди без меня, я задержусь. Встретимся в коридоре.
Подружка ушла, а я продолжила усердно перерисовывать табличку примеров раздражительности. Но едва хлопнула дверь, поняла, кто именно зашел в аудиторию. Да и как было не понять, если нахальный дракон заявил о своем появлении:
— Амели, выйди. Поговорить нужно.
На секунду я прикрыла глаза, решая, как поступлю. А после продолжила свое занятие. В душе поселилась уверенность и тревога. Присутствие Кристена взволновало, но это могло случиться где угодно. Я знала, что Дальберг не поймет моего поведения и захочет объяснений.
Быстрыми шагами дракон приблизился ко мне и встал, загораживая доску:
— Ами, что произошло? Отвечай, — не попросил, а потребовал он.
Только со мной так разговаривать не нужно. Я взяла свою тетрадь, встала из-за парты и направилась к доске, не обращая внимания на закипающего островитянина. В аудитории мы были не одни, качестве зрителей присутствовали мои однокурсники.
— Извини, мне некогда, — ровным голосом ответила я, стараясь писать разборчиво. Делать стоя это было очень неудобно. В душе закипала злость и обида, а заодно желание уколоть, нагрубить и стукнуть этого несносного молодого мужчину, чье присутствие неоднозначно действует. Я старалась не думать о наших поцелуях, о моей реакции на прикосновения Кристена и его нежности.
— Достала, — сквозь зубы прошипел рассерженный дракон.
Все дальнейшее произошло очень стремительно.
Маг схватил меня, перекинул через плечо и потащил к выходу. От подобной наглости я опешила и попыталась вырваться. Треснула пару раз по спине похитителя. Пустое. Отбила руки, а заодно потеряла тетрадь с карандашом.
Однокурсники бросились на мою защиту, но невидимая сила разметала их по сторонам аудитории. Никто и слова сказать не успел, как оказался повержен.
— А? Что ты делаешь?! — Еще раз треснула Криса по спине и попыталась вывернуться. По-хорошему двинуть бы локтем по мужской шее, проверить ее на крепость. А как ослабнет хватка, еще один оглушительный удар, а там надлежит схватиться на спину врага и постараться выскользнуть. Удар болезненный, а потому пока решила его не применять. Не на плаху несут.
— Ами, девочка моя, — чуть слышно прошептал дракон. На сей раз его голос звучал хрипловато. Как в ту ночь, что мы целовались на подоконнике. — Если ты и дальше продолжишь ерзать, дергая аппетитным задом рядом с моим лицом, то я обещаю, что или укушу, или поцелую. Выбирай одно из трех.
Я замолчала, в то время как дракон ногой открыл дверь и вместе со мной покинул аудиторию. Старалась не смотреть на обалдевшие лица однокурсников и прочих адептов, которые так не вовремя оказались свидетелями этой сценки. Чтобы не выглядеть совсем уж беспомощной, подперла рукой щеку и принялась обдумывать планы мести. Мысленно повторила, сказанное Кристеном. Что-то не вязалось.
— Почему одно из трех? Ты назвал два последствия.
В этот момент ладонь боевика коснулась моего зада, и раздался легкий шлепок.
— Поверь, с большим удовольствием я бы погладил. А от твоего кордебалета есть только одно желание — придушить, — нарочито спокойно пригрозил дракон, завернув за ближайший угол. Я видела, что внутри него бушевал огонь, но помогать и сглаживать это не собиралась. Меня хотели использовать, и этим все сказано.
— Я с тобой не танцевала! И отпусти меня…Дракон!
— А вот это ты зря. — Из голоса Кристена исчезли миролюбивые нотки. Казалось, маг сдерживается и вот-вот небо разразится бешеными молниями. Адепт сгрудил меня, поставив на ноги, и застыл мрачной глыбой, удерживая руками за плечи. — Что произошло, Амелия Илларис? Отчего такие перемены? Мне казалось, мы поладили.
— Проваливай! — повторила я свою излюбленную фразу.
Вчера и сегодня я заготовила сто слов, которыми можно ужалить, обидеть и заставить любого мучиться, почувствовав собственную никчемность и ненужность. Хотела, чтобы чешуйчатый ящер отстал и позабыл ко мне дорогу, осознав, что это я его бросила,