Авантюристка в Академии

а не мной умело воспользовались. Но сейчас я злилась, а все заготовленные фразочки вылетели из головы, словно смытые проливным дождем.
— Я спрашиваю, что произошло? — В голосе дракона звучали нетерпеливые стальные ноты.
Еще месяц назад я предпочла бы спрятаться, едва расслышала эти звуки, а сегодня нет. Мое терпение тоже было не безгранично, а еще росло желание насолить, уколоть в отместку. Сама не ожидала, что поступок Дальберга вызовет такую боль. А ведь он мне понравился, действительно понравился.
— А ничего не произошло, — поджала губы и попыталась отцепить руку Кристена. — Поиграли, мальчик и хватит. Ищи себе другую под…подружку. Вон хоть бы Мариэль. Ты же ее имел, да?
— Замолчи! — рыкнул дракон, касаясь моих губ ладонью. И тут же отдернул руку, словно касаться меня в подобном жесте просто непозволительно. Легкая растерянность и вот уже губы Криса касаются моих. Он сминал их и жалил, захватывая и лишая воли. Не увидела нежности, только желание поработить и доказать свое право, на которое я не давала разрешение.
Я сопротивлялась, пытаясь оттолкнуть Дальберга, пиналась, изворачивалась, стараясь скинуть крепкие объятия…И чем сильнее пытался меня удержать Кристен, тем больший протест нарастал и множился во мне самой.
— Что здесь происходит? — раздалось как гром среди ясного неба.
Дракон отстранил лицо, но не выпустил меня из захвата. Мы оба тяжело дышали, как два бойца после тренировочного боя.
— Кто мне объяснит, что тут происходит? Дальберг, Илларис? Вас не учили соблюдать хотя бы внешнее уважение?
Все, попали.
От слов ректора Армина веяло холодом и яростью. И едва Кристен разжал хватку, я отступила от него.
— Дальберг, ваша группа еще час назад отправилась на практику. Так почему я вижу вас здесь? — Металл не звучал, он скрежетал, бил по нервам, обозначая состояние и настрой Армина.
Секундная передышка и я снова сделала шаг назад, боковым взглядом уловив, что ректор не смотрит на меня. Его цель — Кристен. Дракон дернулся, пытаясь меня удержать… Но поздно. В руках Армина засветилось огненное нечто. И его он направил именно на Криса… Дракон не стал сопротивляться и мгновенно оказался втянутым в портал. Последнее, что я видела, так это бездонные колючие глаза островитянина. Он смотрел только на меня и обещание придушить и прочие преждевременные кары читалось отлично.
— Илларис, у вас десять секунд, чтобы привести себя в порядок и успеть в класс до звонка, — отчеканил Армин.
— Спасибо, — поблагодарила я, пытаясь вернуть спокойствие и спешно поправляя прическу. От неистовых поцелуев Кристена губы разнесло, а от уроков никто не освободил. Более того, «добрейший» ректор никуда уходить не собирался, а наблюдал за мной со стороны, заложив руки за спину. Одернула тунику, еще раз провела по волосам и направилась на занятия.
Народ явно мечтал развлечься за наш счет, а потому топтался в коридоре. Я вскинула голову и с видом победительницы вошла в аудиторию. Парни и сама Сельма смотрели на меня с нескрываемым любопытством и напряжением. Никто не смеялся и даже не острил. Я едва успела сесть за парту, как вслед за мной зашел профессор МакМар.
— Продолжаем наш урок…
«Если ты задашь сейчас хоть вопрос, покусаю», — написала я на уголке тетради и развернула ее пышущей нетерпением подруге. Она пыхтела, сопела, но задавать наводящие вопросы даже не посмела.
Взгляды однокурсников я чувствовала спиной, затылком, ушами и всем прочим, что возвышалось над партой. Народ у нас любопытный, а произошедшее событие явно неординарное и в нем поучаствовали все. Только кто-то стал мальчиками для битья, а кого-то утащил взбешенный дракон.
Мне было больно, очень больно. Поступок Кристена взбесил и вывел из себя. Но выказывать свое настроение я никому не собиралась. И то, что рвалось и страдало внутри, на поверхности оказалось ироничным изгибом губ и игрой в независимость.
Эх, хорошо, что братьев не было. Вот интересно, они и несносный Дальберг на сколько отбыли?
***
Постепенно все улеглось. Не было раздражителя в лице Кристена, и вокруг мир завертелся с прежней скоростью. Пришлось признаться Сельме, что нечаянно подслушала разговор дракона и какого-то незнакомца. Рассказала ей не все, а только касающееся призрачной невесты. Оборотница выслушала и согласилась, что если нет желания получать удовольствие, то Дальберг насильно мил точно не будет.
— Только чего же он такой упорный, не пойму, — вздохнула я в который раз и уткнулась в чашку с мятой. Мы с Сель сидели на кухне и разговор начал принимать все больше раздражающий характер.
— Да тут и думать нечего. Ты понравилась этому самцу. Хочется именно с тобой парЫ