Баба-яга Бессмертная

К тому же спина болит, и пятой точке холодно. В затылке пульсирует что-то. Если бы я была жива, то подумала бы, что назревает хорошая шишка. А ведь она действительно назревает, зараза такая!
– Сожалею, князь, – услышала я насмешливый голос. – Потерять невесту за несколько дней до свадьбы – это такая трагедия… – И Васька издевательски шмыгнул носом.
Моя почившая душа просто озверела от такого откровенного и ничем не прикрытого хамства. Что этот напыщенный свинтус себе позволяет? И я приоткрыла глаза.
– Ты за это заплатишь… – зловеще ответил Александр, и в его руках заискрился уже знакомый огненный меч, готовый разить врагов направо и налево.
Только сейчас меч был не ярко-красного цвета, а темно-фиолетового, даже почти черного. Он матово блестел в искусственном освещении зала и от этого выглядел особенно впечатляюще. Вообще-то мой жених очень миролюбивый и убивать лишний раз никого не любит, несмотря на свою не совсем приличную наследственность, но сейчас он вряд ли об этом помнит. Васька тоже недолго оставался безоружным, выхватив из ножен мой несчастный меч-кладенец. Далась ему эта волшебная железяка, таскает ее везде с собой как память о скоропостижно скончавшейся бабушке. Сам не умеет ничего, а незаконно присвоенными дарами беззастенчиво пользуется. Гад!
Васька сделал движение в сторону Камня, но князь оказался на этот раз более расторопным. Он лихо перемахнул через жертвенник, так и не обагрившийся сегодня ничьей кровью, перехватил главный предмет несостоявшегося договора и первым нанес сокрушительный удар.
– Я тебя уничтожу, тварь!
– Попробуй!
Его маниакально настроенный противник паниковать пока, похоже, не собирался и удачно удар отразил. Не знаю, на что Васька теперь надеется, но магической поддержки в моем лице он уже не получит, это точно. А зная Александра, я могла с твердой уверенностью сказать, что уж если он вбил себе что-нибудь в голову, то его ничего не остановит. Сейчас основной задачей настоящего Кащея было убить моего убийцу, чем он и был сильно занят. Меч бился о меч, звенела сталь, во все стороны летели искры, проклятия и пожелания скорейшей кончины.
– Ты ответишь за все, никчемный ублюдок!
– Отдай мне Камень, и я пожалую тебе не такую мучительную смерть, как хотел сначала.
– Теперь ты точно не получишь его!
– Получу!
Я наблюдала все это со стороны в каком-то неприятно отрешенном состоянии. Шишка на затылке пульсировала все сильнее, и мне казалось, что она так скоро разрастется до поистине невероятных размеров. Не хотелось бы выглядеть двуглавым чудовищем, пусть даже на собственных похоронах. Надеюсь, мне в гробик положат мягонькую подушечку, а то неудобно будет на жестком лежать, шишка мешать будет.
Александр с Васькой кружили вокруг жертвенника, не особо заботясь о сохранении целостности окружающей меблировки. На пол полетели черепа, раскатываясь в разные стороны. Один такой, уже лишившийся нижней челюсти, подкатился ко мне и жалобно уставился своими пустыми глазницами. Так и захотелось ободряюще погладить его по гладко отполированной макушке. Все будет хорошо, черепушенька, не бойся.
Следующим этапом разрушения были стеллажи со склянками, которые с оглушительным звоном рухнули на пол, заливая все алой жидкостью. Вот парадокс – еще никого, кроме меня, не убили, а уже крови по колено.
– Отдай мне Камень! – зарычал Васька, с трудом уворачиваясь от града ударов, которыми его осыпал Александр. Негодяю удалось обежать жертвенник и оказаться вне досягаемости меча возмездия.
– Попробуй возьми! – отозвался князь, подкидывая Камень в левой руке.
Он был предельно сосредоточен и холоден, короткая передышка его не радовала. Мне даже показалось, что ему все равно, что с ним будет дальше. Его глаза… Да я сама прибью Ваську только за то, что он довел моего любимого Кащеюшку до такого состояния холодного отчаяния и мстительного равнодушия! Что этот негодяй себе позволяет?! Кто он вообще такой?! Червяк подземный!
Все! Теперь я точно разозлилась! А шишка на затылке только подогревает пламя моей плохо уже контролируемой ярости. Сейчас кто-то у меня заработает на орехи. Вот только воскресну… Или я все-таки так еще и не умирала? Ну не могут же трупики так люто ненавидеть и злиться! Значит, я жива! Ура! Колечко показало себя на высоте и не подвело. Зря я в нем сомневалась, артефакты врать не умеют. Все, я воскресаю! Хана самозванцам!
И надо же было именно в этот момент Александру со всей дури швырнуть яйцо раздора об стену. Я, конечно, понимаю, что ему уже все равно, но нельзя же так.
– На, получи свой Камень, скотина! – с непередаваемой ненавистью в голосе, рыкнул он.
– Безумец! –