Третья книга романа «Прийти в себя. вторая жизнь сержанта Зверева». попаданец в самого себя и в СССР обретает товарищей по пападанству. В прошлом оказываются еще несколько человек, которые, как и сам Зверев, наводят шорох в советском обществе. Но несколько ранее сам Максим Зверев перемещается снова в свое будущее и внезапно замечает, что будущее изменилось. причем, скорее всего, благодаря его появлению в прошлом.
Авторы: Александр Евгеньевич Воронцов
про Машерова сначала. А то вон Петро прямо копытом бьет, — снова хохотнул Мазуров.
Информация для служебного пользования.
Петр Миронович Машеров, 59 лет, первый секретарь компартии Белоруссии. Герой Советского Союза. Кандидат в члены ЦК КПСС. Пришел на смену Кириллу Трофимовичу Мазурову. Период его руководства республикой ознаменован значительным экономическим подъёмом БССР. В период с 1965 по 1980 год в несколько раз вырос национальный доход, происходило активное развитие промышленности и сельского хозяйства. Погиб 4 октября 1980 года в автомобильной катастрофе.
— Про Петра Мироновича я уже все сказал. Его ждет автокатастрофа, которая, судя по всему, была спецоперацией Комитета госбезопасности и утверждалась на самом верху, конкретно — лично Брежневым. Кстати, в том же году, только 16 июля в столице Камеруна умрет Вадим Степанович Тикунов.
Информация для служебного пользования.
Вадим Тикунов, 56 лет — глава МВД СССР в 61–66 гг. 21 марта 1974 года назначен на должность чрезвычайного и полномочного посла СССР в республике Верхняя Вольта. Проходил по «делу «комсомольцев» в так называемом «заговоре против Брежнева».
— Слыхал, Вадим? Не зря тебя Леня в твою Африку законопатил. Сначала в Верхнюю Вольту, а потом, видимо, в Камерун? Я всегда говорил, что Брежнев не умеет подбирать кадры, но прекрасно научился их убирать, — саркастически заметил Шелепин.
— Погоди, Саша, не гони лошадей. Отчего это я вдруг должен умереть? Вроде все нормально со здоровьем, — отозвался полноватый чернявый мужчина, сидевший рядом с Железным Шуриком.
— В Камеруне очень тяжелый климат, Вадим Степанович. А Вы, судя по внешнему виду, диету не соблюдаете. Там жара, малярия, лихорадка, Вы подхватите целый букет местных заболеваний и никакие лекарства Вам не помогут. Впрочем, есть возможность всего этого избежать. И не только этого…
Вронский замолчал и внимательно оглядел всех присутствующих. Вместо него заговорил Леонов.
— Сергей Алексеевич Вронский давно сотрудничает с органами госбезопасности. Те товарищи, которые работали или работают в Комитете, знают его по псевдониму «Мерлин». Сергей Алексеевич — кадровый разведчик, в свое время работавший в самом сердце Третьего Рейха. Но он также сотрудник секретной лаборатории, работающей при Министерстве обороны и которую курируют сразу КГБ и ГРУ. В этой лаборатории работают люди с уникальными способностями, которых мы называем биоэнергетиками, а на Западе, в частности, в США — экстрасенсами. То есть, у них максимально развиты экстрасенсорные способности организма.
— Слышали что-то подобное, кажется, некая Нинель Кулагина предметы взглядом двигала. Наш гость тоже такое умеет? — недоверчиво покосился на Вронского Шелепин.
— Нет, не умею. Кулагина — мошенница, там мне сразу все было ясно, пусть Брежнева дурачит, нам такая клоунада полезна, за ней легче скрыть настоящие достижения. Я и мои коллеги работаем на уровне тонких материй, на уровне биоэнергий. Левитация и прочие чудеса нами пока не освоены. Однако мы умеем заглядывать в будущее — это еще называют ясновидением, мы определяем местоположение человека в пространстве, можем при соответствующей настройке общаться с ним на ментальном уровне, в общем, многое можем. Но, к сожалению, не всегда можем высказать это словами. Нам проще предъявить результат.
Вронский говорил скупо, но каждое его слово было настолько весомым, что не вызывало никаких сомнений. Причем, говорил он удивительные вещи так, как будто рассказывал о способах консервирования помидоров в домашних условиях — просто, буднично, как о чем-то совершенно банальном. И ему сразу хотелось верить.
Но тут вновь заговорил начальник Аналитического управления КГБ СССР генерал-майор Леонов.
— Я подтверждаю слова Сергея Алексеевича. Мы много лет сотрудничаем, и я не раз убеждался в его уникальных способностях. Его и его коллег. И вот сегодня мы можем с уверенностью сказать, что удивительные способности Сергея Алексеевича и других сотрудников нашей секретной лаборатории подтвердились на практике. К сожалению, я не могу сейчас рассказать все подробности нашей последней операции — по разным причинам.
— По каким именно? Что за секретность? — тут же откликнулся Бобков.
— Погоди, Филипп Денисович, снова ты попэрэд бацьки у пэкло. Если тебе специалист, кстати, твой коллега, говорит, что не может рассказать — значит, не может. — Мазуров снова одним движением руки осадил рванувшегося было в атаку Бобкова.
— Спасибо, Кирилл Трофимович. — кивнул Леонов. — Вообще-то, Филипп Денисович
