Третья книга романа «Прийти в себя. вторая жизнь сержанта Зверева». попаданец в самого себя и в СССР обретает товарищей по пападанству. В прошлом оказываются еще несколько человек, которые, как и сам Зверев, наводят шорох в советском обществе. Но несколько ранее сам Максим Зверев перемещается снова в свое будущее и внезапно замечает, что будущее изменилось. причем, скорее всего, благодаря его появлению в прошлом.
Авторы: Александр Евгеньевич Воронцов
которые еще недавно были советскими гражданами, понятливо кивают головами при упоминании этого чисто славянского праздника.
Но не всем удается в Новый год отмечать этот чисто семейный праздник дома. Потому что есть профессии, для которых любой праздник — это будни. И для некоторых — пожарных, милиции, военных — это будни суровые. А есть еще люди, для которых вообще праздники не существуют. Поэтому в то время, когда все советские люди накрывают столы, бегают по магазинам, покупая подарки и колдуют на кухнях над рецептами праздничных блюд, эти люди стоят на страже рубежей Родины, ведут поезда, управляют самолетами — в общем, делают все, чтобы их страна спокойно отмечала очередной праздник. И чтобы очередной новый год был для них мирным и спокойным.
Москва, год 1976, 30 декабря
Майор КГБ Виктор Шардин не любил самолеты. То есть, не то чтобы он боялся летать — нет, не в этом дело. Просто эта быстрота, когда пару часов — и ты уже месте… Не было какой-то важности в таких стремительных перемещениях по стране. Когда ты, «трясясь в прокуренном вагоне», тем не менее, в гордом одиночестве мог спокойно обдумать предстоящую операцию, просчитать все ходы, наметить пути реализации намеченных решений и предугадать действия противников. А время, которое он проводил в переездах, благотворно влияло на его психологическое состояние — в отдельном купе можно было как бы отрешится от мира сего, бренного и суетного, отстранится от сиюминутных проблем и приобщиться к Великой Железнодорожной Нирване… И действительно, под этот ритмичный стук колес можно было запросто усесться в позу лотоса и помедитировать, изредка выходя из состояния просветления, чтобы хлебнуть чайку по-адмиральски. То есть, с коньячком.
Первым, кого Шардин решил посетить из «великолепной четверки», был Виктор Уткин из Ленинграда. Кстати, если без Максима Зверева, то да, четверка. А если с ним, то «великолепная пятерка». Уткин был самым понятным из всей это странной компании — во-первых, тоже начал карьеру в боксе, как и Зверев, тоже отметился на соревнованиях, правда, судя по первоначальным отзывам и донесениям агентуры, не был каким-то там гением, не демонстрировал какие-то выдающиеся спортивные данные — у парня просто хороший удар и прекрасная координация. Как доложили майору специалисты, техника бокса средняя, но вот скорость и взрывная реакция просто великолепные. Ну и удар тяжелый, вот и валит он всех в своей возрастной и весовой категории.
А еще — феноменальный дар композитора и поэта. Здесь, если бы не знать предысторию, можно было бы удивляться. Но сейчас Шардин уже точно знал, с чем, точнее, с кем пришлось столкнуться их небольшой группе, которая еще пару месяцев назад выполняла ответственное, но все же рядовое задание Комитета. Теперь, получается, уровень ответственности группы вырос просто до заоблачных высот. И не задание уже это, а, скорее, миссия. Миссия по спасению страны… Как бы это пафосно не звучало…
Москва, год 1976, 25 декабря
…Когда вошедший в кабинет начальника информационно-аналитического управления внешней разведки КГБ СССР генерал-майора Николая Леонова невысокий пожилой мужчина представился Сергеем Алексеевичем Вронским, майор Шардин моментально вспомнил легенды, которые действительно давно ходили по Управлению много лет. На самом деле в легендах не было и половины той правды, которую сам Вронский предпочитал скрывать…
…Его называли Мерлин. Такой псевдоним Сергей Вронский получил не в КГБ, а в… Главном управлении имперской безопасности Третьего Рейха, где он служил в качестве личного астролога Рудольфа Гесса. Который, в свою очередь, был заместителем фюрера НСДАП Адольфа Гитлера по партии.
Сергей Алексеевич Вронский был настоящим графом. Он происходил из старинного русского аристократического рода, и его родословная была отмечена в знаменитой Бархатной книге российского дворянства. Бабушка Вронского была урожденной Ненадич-Негош. Это был также древний княжеский род целителей и провидцев из Черногории. Так что свой дар Сергей Вронский получил по наследству от бабушки.
Родился он в Латвии и в 18 лет был отправлен бабушкой на учебу в Берлин. Юный Сергей Вронский получил блестящее образование. Он знал несколько десятков языков, музицировал, увлекался бальными танцами, был превосходным спортсменом — мастером единоборств, а также превосходным стрелком. При этом Сергей увлекался астрологией и хиромантией. Мало того — во время учебы в мединституте в Берлине у него обнаруживается уникальный дар диагноста. Вронский был способен поставить диагноз с закрытыми глазами.
Шел 1933
