Третья книга романа «Прийти в себя. вторая жизнь сержанта Зверева». попаданец в самого себя и в СССР обретает товарищей по пападанству. В прошлом оказываются еще несколько человек, которые, как и сам Зверев, наводят шорох в советском обществе. Но несколько ранее сам Максим Зверев перемещается снова в свое будущее и внезапно замечает, что будущее изменилось. причем, скорее всего, благодаря его появлению в прошлом.
Авторы: Александр Евгеньевич Воронцов
довели только ту информацию, которая мне нужна. И если понадобятся дополнительные сведения, то мне их предоставят. Кстати, Вы, Виктор, с сегодняшнего дня также являетесь сотрудником данной группы. Поэтому больше ни здесь, ни где-либо еще — никакой информации. И дело не в канцелярщине, не в подписках, дело в другом — судя по всему, произошли и будут происходить события, которые, вольно или невольно, инициировали вы.
— Я? — Уткин был безмерно удивлен.
— Да, Вы и такие, как Вы!
— Постойте! Я что — не один такой? Еще есть… — глаза подростка просто, что называется, сильно увеличились в объеме.
— Все, что я мог Вам сказать, я сказал. Добавлю только одно — да, Вы не один. Только, кроме Вас, Виктор, больше никто так активно не стал вмешиваться в НАШЕ настоящее. Никто не воровал чужие песни, выдавая их за свои, никто не присваивал клады, никто не интриговал, пытаясь втереться в доверие к высшим руководителям государства…
— Да не пытался я… Чурбанов сам пришел на финал первенства… И песни… ну память у меня…как это? Абсолютная… Вот, запомнил… А что мне оставалось делать? К вам идти на поклон? Здрасте, дяденьки, я — пришелец из будущего?
— Я не знаю, что тебе надо было делать, но воровать чужие песни — это зачем? Прославиться захотелось? — Колесниченко намеренно перешел на «ты», ставя себя все же над допрашиваемым.
— Да не прославиться — а спасти страну эту гребаную!! Кто я такой? Просто мальчик! Ну, там стану чемпионом СССР по боксу, ну, вырасту, стану знаменитым боксером — и что? Кому я интересен? Кто мне поможет, кто поверит? А вот стану песни писать, может, петь их буду, стану звездой советской эстрады, заимею массу полезных знакомств — вот тогда можно будет что-то корректировать, в политике, экономике, не дать развалить СССР… — Уткин почти кричал.
— Виктор, тебе на самом деле сколько лет? Ну, там, в будущем? — Колесниченко немного унял свое раздражение и старался не показать свою брезгливость.
— Ну, полтинник разменял, а что? — мальчик моментально насторожился.
— Взрослый мужик, должность была серьезная — заместитель министра финансов, ты мог многое САМ сделать, мог в стране порядок начать наводить — а что делал? Сладко пил, сытно жрал, девок трахал, воровал в меру, но на безбедную жизнь хватало, правда? Что ты для страны сделал? Ничего! И сейчас ты мне, как пацан сопливый, сказочки про спасение СССР рассказываешь? Да ни хрена б ты не спас! Точно так же воровал бы, жрал в три горла, да песенки чужие распевал. Если бы мы на тебя не вышли!
— Да, жрал бы. Да, песни распевал бы! Но и что-то бы пытался сделать! Пока я никто — то ни хрена я не сделаю! Вот, Ваш сотрудник, Путин — думаете, он….
— Стоп! Все, что мне положено знать о своих сотрудниках, я уже знаю! — Колесниченко жестом остановил разговорившегося пришельца. — Оправдываться будешь не передо мной и не здесь. Главное — есть структура, которая как раз и создана для решения тех проблем, которые ты сейчас кратко описал. И у нее есть все рычаги и полномочия для этого. Не надо воровать чужие песни, но зато надо постараться вспомнить все, что тебе известно о нашем времени и о том, что будет происходить в будущем.
— Ну, память у меня хорошая, можно сказать, феноменальная, за то и столько проработал в Минюсте, четырех министров пережил… Но все же — я не компьютер!
— Не беспокойся, Виктор…как там тебя по батюшке?
— Иванович…
— …Виктор Иванович, в нашей структуре, точнее, в нашей секретной лаборатории есть специалисты, которые все, что надо, из твоего мозга достанут… Не дергайся, спокойно, никаких препаратов, никаких «сывороток правды» и тому подобных методов. Только биоэнергетика, только на уровне ментального общения…
— Экстрасенсы что ли? — криво улыбнулся подросток.
— У вас их так называют? Ну, да, люди, которые обладают способностями в биоэнергетической сфере… И это вовсе не чудеса, я вот уже год работаю с одним из таких сотрудников и многое повидал. Так что будешь использовать, Виктор Иванович, свою память по прямому назначению. А вот песни… Песни пока прекращаем. И так ты взбаламутил страну… «юное дарование»!
— Ой, так уж и взбаламутил! Пара песен всего!
— Две песни сразу взяла в свой репертуар Людмила Сенчина. Одну песню ты подарил Боярскому. И пообещал Чурбанову написать песню для милиции. Кстати, написал? Точнее, списал?
— Да что там писать-то? В моем времени хорошая песня была написана для милиции, но Щелоков ее забраковал, потом Афганистану посвятили… «Боевым награждается орденом».
— Какому Афганистану, какой орден? А, впрочем, понял. Давай пока, кладезь информации, лавочку временно прикроем. С тобой пока останется наш сотрудник, Владимир Путин….
