Что делать, если муж завёл любовницу? Молодую, красивую, и никакие доводы на него уже не действуют, он ещё и оправдания себе находит. А ты остаёшься растерянная, разбитая и, кажется, что никому нет никакого дела до того, как ты с этим справляться будешь. Ведь муж-то любимый, и за долгие годы брака родным стал… Но ведь известно, что жизнь иногда преподносит сюрпризы, порой настолько удивительные, что они заставляют позабыть обо всех недавних неприятностях. И жизнь начинает играть новыми красками, и появляется кто-то другой, кто-то важный, тот самый мужчина, который заставляет тебя понять: а муж-то прав был, и пора начинать всё сначала!
Авторы: Екатерина Риз
она теперь домохозяйка! Так вот эти мысли смущали и покоя не давали. Не думала, что ей так трудно будет смириться с потерей работы. Не привыкла дома сидеть, всегда ждала отпуска или выходных, чтобы заняться домашними делами, а вот в последнюю неделю, когда поняла, что не нужно больше ждать свободных дней, теперь каждый свободный, начала с вечера придумывать себе дела, стараясь следующий день распланировать. Хотя, когда в доме двое детей, забот хватает, но всё равно это было больше похоже на оправдания для самой себя. Подумала даже отказаться от помощи Надежды Михайловны, но тут Димка в позу встал, заявив, что не собирается наблюдать за тем, как она себя дома хоронит.
— Займись собой, — предложил он, а Марина всерьёз озадачилась.
— В каком смысле?
— Да в самом прямом. Представь, что у тебя отпуск. — Он руками развёл. — Ну, не знаю, походи с Антоном в бассейн, купи что-нибудь в дом, английский выучи, в конце концов. Или права получи!
— Зачем мне права?
— Я куплю тебе машину, будешь Эльку из сада забирать.
Вот тут Марина по-настоящему перепугалась. Смотрела на него во все глаза, обдумывая его фантастические предложения, а после расстроено моргнула и медленно опустилась в кресло.
— О чём я, вообще, думала, когда увольнялась?
— Только не кисни, — попросил её Дима. — Перестраиваться всегда трудно, но когда успокоишься, тогда и поймёшь, чем заняться хочешь.
Марина на кресле откинулась, голову на спинку положила и глаза закрыла. Попыталась сосредоточиться и понять, чего же она всё-таки хочет. Вот прямо сейчас. Сосредоточиться не дал Гранович, подошёл и навис над ней. Вначале просто ладонями по её плечам провёл, и Марина улыбнулась от ощущения его близости. А он наклонился и поцеловал её. Марина руки подняла, чтобы за шею его обнять, губы сами собой приоткрылись ему навстречу, почувствовала, как он языком обвёл её нижнюю губу. Желание вспыхнуло мгновенно, отозвалось лёгкой дрожью внизу живота, Марина крепче Дмитрия обняла, заставляя ниже к ней наклониться, но совсем рядом послышался возмущённый голос Антона. Он по лестнице сбежал, увидел их и воскликнул:
— Фу! Вы не можете это в другом месте делать? Здесь дети иногда ходят!
Поцелуй они прервали, Дима руками в подлокотники кресла упёрся, не спеша от Марины отодвигаться, в глаза ей весело смотрел, а Антону посоветовал:
— Иди мимо, деть.
Антон ушёл на кухню, в холодильник заглянул, а потом просительно протянул:
— Мам, а пирог с яблоками? Ты обещала!..
— К вечеру испеку, Антош, я помню. — Марина ладонями Димкины щёки обхватила, быстро его поцеловала, а затем поднялась с кресла.
— Пирог с яблоками, — в задумчивости повторил Гранович и подбородок потёр.
Марина кинула на него заинтересованный взгляд.
— Ты не хочешь с яблоками? Творог есть. Хочешь, с творогом?
Он смотрел на неё серьёзно, Марина не поняла, что у него на уме, но уже в следующую секунду Дима широко улыбнулся.
— Закормишь нас теперь, да?
Она улыбнулась ему и немного игриво плечами пожала.
А сегодняшним субботним утром, после бессонной ночи, они с Димкой самым бессовестным образом проспали. Марина обычно самой первой просыпалась, всё ещё свято верила, что дети понятия не имеют, в какой комнате она ночует, и просвещать их на этот счёт она пока не собиралась, слов никак не могла подобрать. Как объяснить им, что в её постели с некоторых пор нет места их отцу, его Дмитрий Гранович занял, и по праву. Но как это его право в слова обличить, так придумать и не смогла. Этот разговор представлялся Марине очень важным и оттого страшным. И Марина представить не могла, что попадётся так глупо, в Димкиной постели, и ясно, что уже никакие оправдания не помогут и не спасут. Кажется, и будильник прозвонил в положенное время, когда за окном только светать начало, но замолчал под тяжёлой рукой Грановича, а потом он к Марине вернулся, прижался к ней, и они почти тут же уснули. А проснулась Марина от крика сына. Тот в комнату ворвался и закричал:
— Мама, дед приехал! Мама! Да просыпайтесь вы!
Марина на постели резко села, с колотящимся от испуга сердцем, выдохнула и сонно заморгала, лицо рукой закрыла, пытаясь спрятаться от яркого солнца, заглядывающего в окно. И только когда сына, стоящего у их кровати разглядела, опустила руку от лица к груди.
— Боже мой, Антон, что ж ты так кричишь-то?
Антон наклонился, заглядывая ей в лицо, даже за плечо её схватился, и повторил:
— Дедушка приехал!
— Как приехал? — пробормотала Марина, не до конца понимая, что ей сын говорит. Тот ждать, когда до неё дойдёт, не стал, из комнаты выбежал, оставив дверь распахнутой, а Марина растерянным взглядом проводила
