Они познакомились когда ей только исполнилось восемь месяцев, а он вернулся домой после срока. Она его боготворит и советуется о том, что нравится мальчикам, а он называет ее «Бабочкой», обожает, когда она улыбается и строит для нее комнату в каждом своем доме. Хотя до семнадцати лет она никогда у него не останавливалась. А еще — он ее дядя… Во всяком случае, так официально считается.
Авторы: Горовая Ольга Вадимовна
и проспала. У меня не было сомнений, что если завуч решит проверить это и позвонит Сергею, он все подтвердит.
В общем, пока добралась, пока выслушала вежливое напоминание, что мою ситуацию понимают, и чувства, и прочее, прочее, прочее, но надо же думать и о будущем, об экзаменах в конце года – уже и математика закончилась. Пришлось подходить к учителям обоих предметов, лично извиняться и узнавать домашнее задание. Впрочем, для меня это было легче, чем спрашивать у кого-то из класса. Одноклассники, хоть и уделили мне сегодня чуть больше внимания, чем обычно (что я списала на опоздание и непривычный для них яркий свитер), общаться не тянулись. Да и я никому даже не кивнула. Уселась на месте, которое мне выделили, и честно делала вид, что слушаю весь урок «зарубежной литературы». А сама могла думать только о том, что внутри до сих пор все дрожит, едва вспомню, как набралась смелости и сама поцеловала Сергея в щеку. И очень радовалась, что сумела ему угодить выбранным браслетом.
Вообще, у меня внутри бушевал ураган чувств, но в отличие от предыдущих дней – большая часть из них были классными: волнующими, будоражащими, приятными. И мне не хотелось их приглушать, наоборот, я смаковала все, даже собственную неловкость и смущение, понимая, что готова и ее вновь испытать, лишь бы еще раз приблизиться к Сергею, обнять, поцеловать так, уже зная, что хочу быть ему совсем не племянницей. Может, даже, по-настоящему.
Вот, вроде бы, и не первый раз мелькали подобные мысли у меня, а еще ни разу они не были настолько четкими и осознанными. И такими желанными. И весь тот восторг, который всегда вызывал у меня Сергей, вся привязанность к нему, вся любовь и восхищение – все это мешалось с новыми чувствами и ощущениями. Потому, наверное, я не могла на месте спокойно усидеть, все мне хотелось то улыбнуться тайком, то волосы поправить, то подпереть подбородок и уставиться в окно. Впервые за долгие дни я ощущала себя почти счастливой. Не совсем такой, какой раньше была, по-другому. Думаю, боль от потери всех близких людей навсегда останется частью моей души. Но то, что Сережа был со мной, и что я, похоже, в него влюбилась (или влюблялась, или просто начала еще больше обожать, сама не знаю) – вернуло мне какой-то кусочек прежней меня самой.
А вообще, если признаться честно, мысли мои на тот момент были настолько хаотичны и непоследовательны, что выглядели вовсе не таким образом. И внутренний монолог больше напоминал что-то наподобие: «Сергей… Господи, какой же он! (на этом месте я, кажется, краснела) Зачем опять курил? Может, проблемы? А папа говорил, что он давным-давно бросил. Папа, ох, как же мне тебя не хватает… Рассердился бы? Или понял? А-а-а, ему понравился браслет! Сергей… Это круче чем дядя Сережа»…
И все в том же духе. Бред сумасшедшей, короче, в которую я понемногу превращалась, похоже.
Так и мучимая этим водоворотом эмоций и терзаний я едва высидела до конца урока. И едва прозвенел звонок на большую перемену, схватила свою сумку и побрела в столовую. Бутерброд-то у меня был, первое-второе я брать не собиралась, а вот чая хотелось. День выдался дождливым и промозглым.
А в столовой меня, как выяснилось, ожидало еще одно непривычное событие. За столик, у которого я устроилась пообедать, и уже грела руки о горячую чашку, без всяких вопросов присела девушка. Моя сверстница.
Мы не были знакомы. Лично, во всяком случае. Но, кажется, я видела ее среди учеников параллельного одиннадцатого класса. Такая, не то, чтобы яркая, но с необычными чертами лица. Видно, был у нее кто-то в семье из восточных народов. Слишком сильно выдавались скулы, да и глаза казались чуть раскосыми. Хоть и светлые. Да и волосы русые. Высокая, симпатичная. Вроде бы всегда ходила в компании с каким-то парнем из ее же класса. Но сегодня никого рядом не было. В руках она держала поднос, на котором стояла тарелка с гречкой, отбивной, салатом. И сок. Готовили в столовой очень даже хорошо, гимназия все-таки непростая, это только я предпочитала домашние бутерброды Арины Михайловны. Все же мои одноклассники ели здесь.
И все равно мне не было понятно, почему эта девушка подошла сейчас ко мне и села сюда. Мест в столовой хватало.
— Привет, — девушку не смутила моя настороженная отчужденность. – Я — Катя, учусь в одиннадцатом «А». Ты прости, что я лезу. Давно хотела подойти, но прекрасно понимаю, как ты себя чувствуешь. А сегодня увидела тебя и… Просто решила сказать, что правильно сделала, надев яркое. Надо стараться жить дальше. А прятаться за темным цветом и посылать всех подальше – не так уж и помогает. Проверено. Ну, вот, в общем, пока.
Она улыбнулась мне, выдав это все почти без пауз. И уже поднялась, наверное, чтоб уйти. Только я, совершенно неожиданно
