Банда

добыча за вечер”, — криво усмехнулся Андрей. Отделив доллары от бумаг, он завернул их в мешок и запихнул под ссыпанную в углу картошку. Чемоданчик снова поставил в угол на прежнее место, замаскировав мешками.
— Крутой ты парень, Андрюша, — сказал он себе, выбираясь из подвала. Содержимое чемоданчика нисколько его не обрадовало. Наоборот, он ощутил беспокойство, только теперь поняв, какой удар нанес Заварзину и всей его компании. — То ли еще будет, — пробормотал Андрей, падая на сено. — То ли еще будет…

Подгайцев остановил машину, заглушил мотор и некоторое время сидел без движения, осторожно оглядываясь по сторонам. Не заметив ничего подозрительного, перешел улицу и поднялся по ступенькам в ресторан. У стеклянных дверей стояла унылая очередь, но он протиснулся сквозь потные тела и была в его движениях та уверенность, которая обычно раздвигает самые плотные толпы.
К стеклу придвинулось массивное красноватое лицо швейцара и двери открылись.
— Спасибо, батя, — Подгайцев опустил в карман старика сотню. Взглянув на часы, остался собой доволен. Он вошел точно в назначенное время. В углу стоял маленький двухместный столик с холодной закуской. Подгайцев сел и спокойно принялся за еду.
Через пять минут от компании в другом конце зала отделился Заварзин, подошел и сел напротив.
— Аппетит, смотрю, у тебя хороший, — сказал он. — А дела?
— А дела плохи.
— Что там опять?
— Клиент пришел вовремя и ждал целый час. Минута в минуту. Но ничего не произошло. Клиент поднялся и ушел.
— Так, — крякнул Заварзин с досадой. — Дальше.
— Наш человек вошел в дом вовремя. За пять минут до срока с ним был разговор. Все по плану. В половине первого звоню ему, чтобы спросить в чем дело…
— А он?
— Не отвечает. Думаю, его там нет.
— Видел, как он выходил?
— Нет, из подъезда Андрей не выходил. А другого выхода нет. Войти в квартиру мы не решились — вдруг продался… И нас бы там взяли. Пошли на маленькую хитрость… Соседу на четвертом этаже я отнес записку и сказал, что, мол, поскольку, друга моего нет, то надо бы ему записку передать. Взял у него телефон. Звоню полчаса назад. Записку передал? Не передал, — отвечает. — В квартире никого нет.
— Но Андрей вошел туда?
— Я сам видел, а потом разговаривал с ним по телефону. Он был на месте. Сказал, что все в порядке, приступает.
— И как все это понимать?
— А черт его знает! Как бы инструмент не унес… Заварзин некоторое время сидел, подперев щеки кулаками и глядя на закуску, которую Подгайцев сначала несмело, а потом все охотнее снова принялся поглощать, торопясь покончить с ней до завершения разговора. Время от времени он виновато взглядывал на Заварзина, дескать, дела делами, а подкрепиться надо, ты уж прости великодушно.
— Хватит жрать, — наконец произнес тот. — Нет времени. Работа ждет.
— Какая? — поперхнулся Подгайцев.
— Девочка. Очень рад был повидаться, дорогой друг, извини, больше не могу уделить тебе времени, — он тяжело поднялся, оперевшись о стол так, что скатерть съехала в сторону и Подгайцев в последний момент успел подхватить падающий фужер. — Расплатиться не забудь, — сказал на прощание Заварзин и, чуть покачиваясь, пошел к оставленной компании.
Подгайцев успел еще что-то бросить в рот, выпил стакан воды, в целлофановый пакет запихнул остатки трапезы, оставил под рюмкой деньги и, не задерживаясь, вышел из ресторана.

Когда раздался звонок. Света насторожилась — так никто не звонил. Длинный, уверенный, какой-то нахальный звонок, словно человек заранее был уверен, что его ждут. Подойдя к двери, она увидела в глазок искаженное лицо незнакомого парня. Короткая стрижка, кожаная куртка, смотрел в сторону, словно для него не очень было и важно — откроют ему или же дома никого не окажется. Света продолжала наблюдать за ним, когда раздался второй звонок, еще более длинный, но теперь он звонил у нее над самым ухом и она не выдержала.
— Кто там?
— Свои, — послышался ответ.
— Кто свои?
— Я от Андрея… Он просил подойти…
— А почему сам не пришел?
— У него неприятности…
Света накинула цепочку на дверь и осторожно приоткрыла ее. Парень не делал никаких попыток раскрыть дверь пошире, просто переместился на площадке, чтобы она могла его лучше видеть.
— Он тут недалеко, в машине… Сам не может подойти… У него ранение.
— Какое ранение?! — ужаснулась Света.
— Только вы не переживайте, ничего страшного. Можете подойти к окну, там видно…
Света бросилась в глубину квартиры, выбежала на — балкон. На противоположной стороне улицы действительно