Банда

гостя.
Дикий крик боли пронзил спокойный воздух квартиры. Закрыв лицо руками, пожилой человек бросился в комнату. Оглянувшись напоследок, Андрей вдруг увидел на полу в прихожей небольшой черный чемоданчик. Раньше его здесь не было. Значит принес этот тип. Не раздумывая, Андрей схватил чемоданчик, на ходу изловчился открыл замок, распахнул дверь и выскочил на площадку. Толкнув дверь за собой, он, не оглядываясь, побежал вниз по лестнице. Выскочив из подъезда, сразу нырнул в кусты и тут же наткнулся на Свету. И только тогда увидел в своей руке баллончик дихлофоса” Забросив его подальше в кусты через забор детского сада, сел на заднее сиденье мотоцикла.
— Жми, Светка! Жми, что есть силы, — выдохнул он ей в ухо. — Подальше от сюда, подальше.
— А я красивая?
— Даже в темноте!
— Особенно в темноте, Андрей. Особенно.
Мотоцикл рванул с места так резко, что Андрей едва удержался. Холодный ночной воздух снова бил в лицо, трепал волосы, а он, обхватив Свету и прижавшись к ней, кажется, даже поскуливал от волнений, которые пришлось пережить в последний час. Закрыв глаза и вспоминая последние секунды в квартире Заварзина, ужас, охвативший его при звуках поворачивающегося ключа в замке, а потом дикий вопль незнакомца, Андрей подумал, что где-то видел этого человека, где-то он его видел…
Света тем временем вырулила на трассу и уже через несколько минут заглушила мотор среди бетонных, стен.
— Нашел? — спросила она, отбросив шлем.
— Да.
— Взял?
— Нет, нельзя было… Он бы догадался.
— Правильно. Молодец.
— Ты видела, в подъезд кто-то заходил?
— Он тоже вошел в его квартиру? И видел тебя?
— Не успел.
— Ты с ним что-то сделал?!
— Немного… Дихлофос подвернулся… Ничего, отойдет. Это не смертельно. Свет, вот моя добыча. Чемоданчик.. Можешь посмотреть, но ничего не бери. Ох, чуть не забыл, — и Андрей отдал ей пачки сторублевок.
— Да ты удачливый грабитель! — восхитилась Света.
— Немного есть.
— Не тем ты занимался до сих пор, Андрей! Ох, не тем!
— Ну вот и вышел на свою дорогу, — он усмехнулся. — Отвези в нашу берлогу и спрячь. В подвале, в картошку зарой. И мотай оттуда. А днем я тебя найду дома. (1 — Заметано, — ответила Света и, опустив стекло шлема, села в седло. На этот раз Андрей даже не сделал попытки поцеловать ее. Включив мотор, она почти бесшумно выехала на трассу и только там набрала скорость.
Пробравшись к гаражам, Андрей некоторое время лежал за оградой, но ничего подозрительного не увидел.
Окна были погашены, “мерседес” стоял посреди двора с распахнутыми дверцами. Перевалив через ограду, он нашел в темноте железную дверь, протиснулся в нее. Постоял, прислушиваясь, и проскользнул к своему лежаку. “Неужели обошлось?” — подумал. Над крышей гаража звезды сияли по-летнему густо и ясно, но узкий месяц побледнел, сместился к городу ,и теперь отражался в перламутровой крыше “мерседеса”. Пошумел утренний ветер в ветвях деревьев. На фоне светлеющего неба раскачивались колючие листья чертополоха, лиловые кисти тяжелых цветов.
«Ключи!” — вспомнил Андрей. Нащупав в кармане связку, он поднялся, чуть враскачку вышел на середину двора и, проходя мимо мерседеса, уронил ключи в пыль. Не останавливаясь, прошел к водопроводному крану и, подставив голову под холодную струю, еще раз осмотрел двор. Напился, ополоснул руки, смывая с них ночные похождения. Вернувшись, снова лег и закрыл глаза.
Сна не было, опасность выветрила остатки хмеля и он смог восстановить каждый свой шаг. Даже теперь, вспоминая неожиданную встречу в квартире Заварзина, Андрей чувствовал, как сердце его начинало биться учащенно. Хорошо все-таки, что не пришлось применить топорик. Он вспомнил, что был в перчатках — Света увезла их вместе с чемоданчиком. Значит, и здесь вроде ничего не забыл.
С этой мыслью Андрей заснул. Ему снилось, что он бежал босиком по холодной проселочной дороге, над ним при ясном дне горели не правдоподобные громадные звезды. А бежал он длинными тягучими прыжками, стремясь как можно реже касаться дороги — в пыли время от времени попадались торчащие гвозди. Ему везло — гвоздь от замечал рядом со ступней, в метре, а то он оказывался как раз между пальцами. Гвозди торчали из дороги все гуще, но он оставался неуязвимым, ему везло. И что-то заставляло его бежать, не останавливаясь дальше, дальше… А проснулся он, когда все уже были на ногах, неприкаянно бродили по двору, прикладываясь те к водопроводному крану, то к остаткам пива.
Заварзин медленно прошел по своей обесчещенной квартире, поддал ногой коробку, запутался в какой-то тряпке, с раздражением отцепил ее от ноги. Внимательно осмотрел подоконник, форточку,