Бандиты, баксы и я

еще одну — угнанную, как эта, — он обвел взглядом салон «ауди», — поставил рядом со своей. В назначенное Парамоновым время забрал у бомжа чемоданчик, вышел с ним из здания вокзала, сел в свою машину через правую дверь, а потом, пригнувшись, через левую выбрался и пересел во вторую. Сразу включил дистанционный взрыватель, и пока все глазели на взрыв — и Парамонов в том числе, я уверен, — поскорей уехал оттуда. А чемоданчик заново заминировал — только не на открывание, как Парамонов, а на дистанционное включение, от звонка по сотовому телефону, и передал сегодня Парамонову, точнее, ты передала.
— Спасибо за подробный рассказ.
— Учти на будущее, — улыбнулся он и на миг оторвал взгляд от дороги, — вдруг пригодится?
Я промолчала.
— Тебя где высадить? У метро?
Я согласилась, и когда машина остановилась, повернулась к своему спутнику:
— Прощай, вряд ли мы встретимся.
— Не жалеешь, что отказалась от моего предложения?
— Нет, не жалею, — твердо ответила я, — у нас дороги разные.
Я постояла на ступеньках станции метро, глядя вслед белой машине. Вот теперь действительно в этой истории можно поставить точку. Никто больше не угрожает моей жизни, я свободна, у меня есть время и деньги.
Что ж, нужно заниматься устройством своей жизни и заботиться о родителях. Это мой долг. Машину, что ли, купить, чтобы их на дачу возить, а то лето не за горами, и снова отец будет таскать на себе сумки с урожаем.
Нужно будет этим заняться в самое ближайшее время. И поисками работы. В общем, снова начинаются скучные будни, но я почему-то думала об этом без обычной тоски.
Нужно немножко передохнуть от стресса, о здоровье подумать, нервы расшатанные укрепить. Это потом я поскучаю, уютно так, перед телевизором, в халате…
Дверь мне открыл отец. Был он свежевыбрит, в белой рубашке. Я разинула рот от удивления, но он не дал мне и слова сказать.
— У нас гости! — радостно сообщил отец. — Жених пришел.
— Что-о? — Я выронила из рук сумку. — Какой еще жених?
Мать выбежала в коридор неестественно оживленная:
— Катюша, где ты ходишь? Человек же ждет!
— Чего ждет-то, — буркнула я, — в загс, что ли, идти?
— Катерина! — отец повысил голос, но мать быстро его спровадила в комнату.
— Ну что ты злишься, — зашептала она. — Ты видишь, он радуется, что все, как у людей! Не перечь ему, посидим по-человечески, поговорим, познакомимся… Мужчина такой приличный, обстоятельный…
— Так-так. — Я уже начала кое-что понимать, и тут в коридор вышел ненаглядный. Был он не в коричневом и не в синем, а в сером костюме, и галстук тоже был новый, вполне подходящий.
— Здравствуй, Катя, — промямлил ненаглядный. — Я вот тут зашел…
Он был какой-то встрепанный, очевидно, не ожидал такого радостного приема от родителей.
— Ты зачем пришел? — заговорила я злым шепотом. — Тебя что — звали?
— Нет, но… Я звонил, у тебя телефон не отвечал… Я волновался, думал, что случилось…
— Удивительная заботливость! — фыркнула я. — Что-то я раньше за тобой такого не замечала.
— Я много думал и решил изменить свою жизнь, — очень серьезно выговорил ненаглядный.
— Костюм коричневый выбросил? — рассмеялась я.
— Точно, а этот тебе больше нравится? — робко спросил он.
— Галстук Ира покупала?
— Ага…
— Ну ладно, — смилостивилась я, — вид у тебя вполне приличный.
Опять отец вырвался в прихожую.
— Деточки, что же вы тут под вешалкой? — суетливо воскликнул он. — Герман, иди в комнату, она сейчас придет.
Я мгновенно разозлилась — что он лебезит? Так хочет меня замуж выпихнуть?
Кажется, на шее ни у кого не сижу, сама зарабатываю…
Когда ненаглядный вышел, отец сменил тактику.
— Ну что ты стоишь как столб? — набросился он на меня. — Пойди платье надень, а то вечно в штанах этих, как оборванец какой. Такое событие, в первый раз в жизни приличного человека в дом привела…
— Да никого я не приводила, — слабо отбивалась я, — это совсем не то, что ты думаешь…
— Ладно, ладно, иди уж…
У себя в комнате я ошалело погляделась в зеркало. Вот еще принесла нелегкая ненаглядного в самый неподходящий момент. Ну я ему устрою! Запомнит он вечерок этот надолго!
Я переоделась, как могла гладко зачесала волосы — с моей гривой это трудновато, — накрасила губы бантиком и вышла ко всей честной компании, опустив глазки в пол, как невеста.
— Платье хочу длинное, до полу, и с кринолином, — заговорила я тоном капризной третьеклассницы. — Вот не знаю — фату делать или шляпу с полями? Сейчас очень многие в шляпах замуж выходят.
Мама поглядела на меня с некоторым подозрением, а отец был на седьмом