Барчук

нужны. Ты ж вон как махаешься.
— Лады, проехали, братан, — хлопнул я его по плечу. — Деньги, конечно, нужны, но запомни на будущее: я в ваших бойцовских клубах участвовать не собираюсь — и точка.
Следующий день я провёл, обустраивая новое место для тренировок. Рыжий притащил кое-какой инструмент и даже раздобыл где-то три старых светильника. И к вечеру груши уже висели под потолком в неплохо освещенном и чистом помещении. На будущее хотелось что-то придумать с отоплением, ибо осенью будет холодно, но пока данный вопрос остро не стоял.
А вечером, когда я уставший после дня трудов, лежал в кровати, почитывая легенды из «Истории…», ко мне постучался Николай.
— Короче, Миха, дело есть, — сказал он, проходя в комнату и присаживаясь на стул.

Вид у Николая был какой-то уж очень серьёзный. Я подумал, случилось что-то нехорошее. Но нет, оказалось, дело совсем в другом.
— Короче, так. Место освободилось у нас в цехе, — сообщил Николай. — Помощником формовщика пойдёшь? Работа простая, мужики объяснят, что к чему. Тяжёлая — сразу говорю. Но перспективы есть. Если хорошо работать будешь, станешь формовщиком, когда место освободится. А может, и литейщиком потом устроишься.
— А что по жалованию?
— Пока двадцать. Через месяц, может, тридцатник платить будут — как покажешь себя.
— Негусто, — скривился я. И правда, мне с такими расходами, как сейчас, двадцать рублей в месяц, что мёртвому припарка. — Подумать надо.
— Ну а что ты хотел? Везде так. В мелкой конторе и этого не увидишь. А думать надо быстрее. На вакансию очередь уже. Я, считай, придержал её для тебя до завтра. Так что сразу решай: пойдёшь или нет?
— А, была не была. Пойду. Всё одно — делать сейчас нечего. А дальше посмотрим.
— Ну вот и славно. К семи завтра. Вместе поедем.
Из дома условились выйти в начале седьмого. До завода было недалеко: пешком — минут двадцать. Можно и на паровом автобусе, но это денег стоило, так что простые трудяги ездили редко.
Лёг сегодня рано, проснулся в пять утра. Работа работой, а от тренировок я отказываться не собирался. Уже рассвело, и первые рабочие серыми призраками брели на предприятия по пустым дорогам. Я же, вырядившись в трико и майку-алкоголичку, побежал до своего импровизированного спортзала.
На территории бывшей больницы царила тишь и благодать. Я сделал пару кругов по заросшим тропинкам между корпусами, затем спустился в подвал, зажёг светильники и после разминки, принялся отрабатывать удары.
Выложился я на полную и уже собирался остановиться, как вдруг ощутил примерно то же, что и позавчера, когда пытался привести в действие свои скрытые возможности. Ком в груди как бы растворился, и энергия разлилась по всему телу, и в какой-то момент я понял, что со следующим ударом могу её выпустить. Что и сделал.
Удар оказался настолько сильным и хлёстким, что мешок с треском лопнул, а моя рука погрузилась по локоть в его содержимое.
Ошарашенный таким эффектом, я несколько секунд стоял и в недоумении таращился на песок, что сыпался под ноги из дыры в мешке. Накрыла волна слабости, и я, пошатываясь, отошёл и сел на маты. Осмотрел руку: не пострадала. А вот перчатка порвалась. Вон оно как работает! Воистину во мне скрывалась смертоносная сила. Вот только у силы той имелось что-то вроде перезарядки, да и вызывать её по щелчку пальцев я не мог. Требовалось либо долго сидеть сосредотачиваться, либо совершать активные физические действия, например, работать по мешку. А потом какое-то время отходить. Не очень практично, но в крайних случаях может оказаться полезным. «А нельзя ли тренировать эту способность?» — сам собой возник вопрос. Одним словом, требовалась информация, а потому я решил сегодня же вечером посетить книжный и поспрашивать литературу с описанием местной магии.
Ну а пока надо было идти на смену. В конце концов, теперь я — рабочий человек. Посидев минут десять придя в себя, я побрёл домой.
— Что, спортсмен, — усмехнулся Николай, когда мы шли на завод. — Бегал? Скоро не до бега будет. В цехе так набегаешься за день, что ног не будешь чуять под собой.
— Посмотрим, — махнул я рукой. — Не хочу форму терять.
Завод меня встретил проходной, куда валила толпа народу. Навстречу тоже брели рабочие: ночная смена закончилась, начиналась дневная. Мне выписали пропуск, и я вместе с Николаем прошёл на территорию.
Гудели огромные глыбы цехов, к которым тёк людской поток. Дымили трубы, угрюмыми великанами смотрели сверху вниз доменные печи, по железной дороге двигался состав с огромными ковшами. Возле чёрных куч угля и кокса, сваленных у железной дороги,