Барчук

застрянет посреди леса. И тогда — пиши пропало, топай обратно ножками и ищи того, кто вытянет машину. Но нам повезло. Только раз пришлось остановиться, чтобы оттащить с дороги небольшое упавшее деревце.
И вот впереди среди листвы замаячило двухэтажное здание из красного кирпича, потом показалась ограда.
Подъехали к воротам. Створка была открыта, высокий дощатый забор с колючей проволокой местами завалился. Мы с Рыжим прошлись по территории, осмотрелись. Лагерь оказался небольшим: пять длинных бараков, пилорама, какие-то подсобные помещения, маленькая деревянная церковь. Бараки частично обрушились и заросли травой. Зато водонапорная башня и несколько вышек по периметру до сих пор гордо торчали среди кустарника. Лучше всего, конечно же, сохранилось кирпичное административное здание на въезде. Мы вернулись к нему, и я принялся осматривать комнаты. На первом этаже оказалось довольно сухо.
— Нашёл, что хотел? — Рыжий всё это время терпеливо следовал за мной.
— Нашёл, — мы стояли в просторном помещении с десятком двухэтажных ржавых кроватей. На двери, ведущей в смежную комнату, красовалась вывеска: «оружейная». Похоже, раньше тут проживала охрана.
— Вот что хочу у тебя спросить, — сказал я. — Есть ли в городе люди, которые недовольны происходящим? Которых не устраивает бандитизм, Капитан, Кулак, власть местная?
— Где ж их нет? Полно. Безработица, нищета. Иные к капитану идут. Ну а кто-то — нет.
— Ну а ты лично знаешь таких? Сможешь связи наладить? Мне нужно собрать самых активных, кто готов действовать.
— Попробую. Но люди запуганы, а тебя они не знают. Будет трудно.
— Ещё мне нужны сведения о местах, где собираются бойцы Капитана, о предприятиях, которые он держит, адреса главных членов банды. Сделаешь?
Рыжий задумался, а потом произнёс:
— Слушай, я сам мелкая сошка, кроме своего района ничего не знаю. Думаешь, я так вот пойду и расспрашивать всех буду? Постараюсь сделать, что могу, конечно…
— Постарайся. Сейчас это — самое главное. У нас меньше двух месяцев. Удар должен быть точным.
— Не, это понятно. Но вот скажи: что с Загорскими будешь делать? Убрать Капитана — одно. Уберёшь, допустим. Но за ним люди посерьёзнее стоят.
— Ничего с ним не буду делать. Услуги свои предложу. Вместо Капитана же должен кто-то рулить в городе?
— Уверен, что дворянин согласится, а не сдаст тебя полицаям?
— Не уверен. Но думаю, Загорскому всё равно, с кем дела вести, лишь бы выгода был, а если мы покажем, что люди мы серьёзные, дела вести умеем, смысл отказывать? К тому же есть у меня один козырь в рукаве…
Закончив с осмотром заброшенного лагеря, мы вернулись в город, и я съездить в местную управу узнать, что требуется для регистрации фирмы. Дома был только вечером. И тут Николай снова меня огорошил неприятной новостью.
Он пришёл ко мне в комнату, закрыл дверь.
— Полиция сегодня на завод приходила, — сказал он негромко, чтобы никто не услышал из домашних. — Допрашивали нас. О той стычке всё вынюхивали. Я, само собой, молчок. Говорю, ничего не знаю, ничего не видел. Руку, вон, на работе сломал. Они про сходку стали интересоваться. Кто был и всё такое. Пришлось сказать, что мы с тобой вместе ходили. Расспрашивать про тебя начали. Если приду к тебе — всё отрицай. Ты в той стычке не участвовал, ничего не знаешь. Ясно?
Новости заставили занервничать. Больше всего сейчас не хотелось попадать в поле зрения органам правопорядка. Дело, которое я замыслил, требовало секретности. А если к тому же станет известно, что это я тех двоих прикончил, придётся бежать из города.
— Понял тебя, — сказал я. — Как думаешь, много полиция знает?
— Сложно сказать. Не понравились мне они. Особенно тип один, с длинными усами — явно не полицейский. Сидел в сторонке и слушал. Знаешь, прежде тоже стычки бывали. Бывало, даже кокнут кого-то, но полиция в такие мелочи редко лезет. То ли мы на мозоль местной верхушке наступили, то ли ещё что-то…
— Что, например?
— А это уже не меня надо спрашивать, — Николай многозначительно на меня посмотрел.
Новости были неприятные, но ничего не оставалось делать, кроме как продолжить реализовывать свои планы, надеясь, что ситуация с полицией рассосётся.
На следующий день, пока Рыжий искал строителей, я поехал купил спортивный инвентарь. А вернувшись домой к обеду, разузнал у Ольги, продаёт ли кто из соседей подержанную мебель. На новую денег у меня не было. Вечером же мы с Рыжим встретились на складе, чтобы обговорить организационные вопросы. Решили, что Бульдог будет работать у меня. Я хотел и Медяка забрать, но Рыжий отказался наотрез: его предприятию тоже требовалась охрана.