Барчук

такое провернуть не удастся. Капитан либо склад сменит, либо охрану усилит. Придётся другие возможности искать.
— Знаю, да и нет желания продолжать. Дело нужно легальное, — объяснил я. Тут вспомнились слова, сказанные Лаврентием Сергеевичем при нашей первой встрече. — Вы говорили, что школа бокса не пойдёт. Почему?
— Почему? Вроде ты, Михаил, не глупый. Сам подумай. Город у нас небольшой, бедный. Два спортзала уже есть. А знаешь, для чего они? Да чтоб подпольных бойцов тренировать и людей Капитана. Всё. Ну, может, пара городских щеглов захаживает, кому заняться нечем. Кому нужен ещё один? А если и открывать, надо в центре, а не на отшибе рабочих кварталов. Мой совет: будут деньги — вложись в другое дело.
— У меня своя техника, — возразил я. — Тайский бокс, кикбоксинг. Слышали о таком? Мне есть чему народ поучить.
— Нет, не слышал. Скажи мне, Миша, ты — кто?
— В смысле?
— В прямом, — Лаврентий Сергеевич смерил меня скептическим взглядом поверх очков. — Ты чемпион какой? Мастер? У тебя сотни боёв за плечами? Нет? Тогда кому ты на хрен сдался? Кого чему ты можешь научить?
— И тем не менее я на спор нокаутировал двоих бойцов Кулака.
— И что? Имя нужно, вот что. А у тебя его нет. Ты вообще тут никто и звать тебя никак. Уж прости мою стариковскую прямоту. Впрочем, если ты действительно такой удалой боец, и Кулак тебе доверит своих пацанов тренировать, глядишь, и не разоришься.
— Ну а что у вас в городе востребовано? — поинтересовался я, слегка приземлённый такой откровенностью Лаврентия Сергеевича.
— Водку гони палёную. Она всегда в цене.
— Так тут же ликёрный завод в городе.
— Да хоть три! Этого добра много не бывает. Палёнка всегда идёт. Ну или опиум покупай у казахов. Но если с опиумом полезешь, Кулак тебе собственноручно шею свернёт. Это тоже его сфера.
— А такое, чтоб народ не травить, есть чего?
— Это уже сложнее. Городок небольшой. Хотя… Можешь попытаться машинно-котельную мастерскую открыть. Копейку какую-то будешь иметь. А школа эта твоя тоже пригодится. Вот толкнёшь оружие — как деньги будешь отмывать?
Прошареным мужиком оказался это Лаврентий Сергеевич. Признаться, я никогда и не мыслил такими категориями. Бизнес, особенно теневой, для меня, простого вояки, был китайской грамотой. Но, как говорится, век живи — век учись.
— Всё, баста, — сказал, поднимаясь, Лаврентий Сергеевич. — Домой пора. Завтра вторую половину налички жду. Да и вообще, заходи как-нибудь в гости, посидим, потолкуем.
Залезли в теперь уже пустой грузовик и поехали в город. Сторожить оружие я оставил Бульдога. Мы с Рыжим решили, что с завтрашнего дня тут будут сидеть двое его мелких пацанов. Понятно, что в случае опасности груз они не защитят и убегут, но так, по крайней мере, я буду в курсе происходящего. В любом случае, мне хотелось как можно скорее избавиться от опасного товара, и я надеялся, что Катрин поможет в этом.
***
Четверо виновато топтались возле ящиков, потирая запястья, на которых виднелись следы от верёвок.
Напротив стоял Капитан и сверлил незадачливых охранников бездушным взглядом своих монокуляров. Кожаная маска, заменявшая ему лицо, не выражала эмоций, но все и так знали, что главарь в гневе. Ведь сегодня ночью со склада на заброшенном заводе украли более сорока ящиков с оружием. Похитители проникли на территорию под покровом ночи, скрутили охрану и вывезли груз, убив в перестрелке ещё четырёх человек. И это накануне сделки, которая теперь была безвозвратно сорвана.
Рядом с Капитаном стояла женщина с короткими жёсткими волосами соломенного цвета и шрамом, проходящим через правую бровь и скулу. Эмилия была одним из подручных Капитана. Никто не знал, кто она и откуда, но ходили слухи, что отношения их с главарём куда ближе, чем просто деловое партнёрство. Она была одета по-мужски в брюки и чёрный приталенный сюртук. Тут же находились ещё трое бандитов — они держались в стороне, не желая попасть под горячую руку разгневанного командира.
— Кто это сделал? — в холодном тоне Капитана сквозила ярость. — Вы видели, кто это сделал? Лица запомнили? Машину?
Сторожа виновато пожали плечами.
— В масках были, — пробубнил здоровяк с синяком на подбородке. — Много, человек пятнадцать.
Разумеется, все четверо сговорились преувеличить количество нападавших: как иначе оправдать столь позорный провал?
Капитан подошёл ближе:
— Кто проболтался насчёт схрона? — процедил он. — Кто из вас, скотов, язык за зубами не умеет держать? А ты какого хрена смотришь? — обратился он к говорившему. — Я тебя напрасно главным назначил? Идиоты! Караул даже нести не в состоянии. На хрен вы мне сдались?