Барон Ульрих

энергий. Но был во всей этой истории еще один камешек преткновения, о который я мог расшибить себе лоб, а именно Герхард Доу, прибывший в распоряжение армии Нуггета. Маг-наемник, маг, прошедший курс обучения, маг, который мог меня раскатать вместе со всей этой крепостью, как тесто под блинчик, чего он пока не сделал, думаю, исключительно из-за контракта на охрану Когдейра, а не на ведение боевых действий. Контракт сам по себе стандартный, насколько я понял, он предписывал магу не участвовать в разборках знати, из-за запрета короны внутренние разборки в королевстве строго регламентировались. Но, увы и ах, весь этот закон обходился аристократией на ура, взять хотя бы лимит на численное содержание личных войск, который по сути, но не по бумаге мой оппонент превысил минимум в пять раз. Даже я навскидку уже придумал способ обойти контракт, Нуггету было достаточно лично ринуться на приступ, чтобы маг последовал за ним, блокируя меня от и до. Томительное ожидание неизбежного лишь нервировало, не давая чувствам и душе спокойствия. Для окончательной реализации плана, по моим прикидкам, необходим еще день, не для Гарича с его походом, а для моего безопасного выхода из этой ловушки, в которую я загнал себя сознательно.
— Барон, похоже, начинается. — Семьдесят третий прервал мой завтрак и размышления, заставляя меня бегом подняться на стену, вглядываясь в расположение активизировавшегося противника.
Пехотные полки Когдейра во всеоружии занимали строй, а по полю неспешно, где-то даже с ленцой к замку шел один-единственный человек, совершенно без опаски вышагивая и с праздным любопытством вертя головой по сторонам.
Был он немного толстоват, ростом был чуть выше среднего, совершенно лыс и, что было заметно невооруженным взглядом даже издалека, очень любил украшения, поблескивая на солнце лучиками бликующего металла.
— Барон? — Семьдесят третий кивнул в ту сторону. — Маг?
— Похоже. Предупреди, чтоб народ не делал глупостей, что бы ни случилось. — Я покрутил по сторонам головой. — Слуг срочно пинками гони, чтоб прямо сюда тащили столик, фрукты, снедь разную, напитки, да побогаче, проследи, чтобы из личных баронских припасов.
— Ворота открываем? — Уже спускаясь, спросил он.
— Нет. — Я устало повел плечами. — Пока рано, пусть хотя бы потрудится брови нахмурить, а то как-то несолидно получится.
Получилось более чем солидно, еще на подступах к стене, метров за пятьдесят «Мак» стал писать с мага плетения, укладывая в память узоры. Сам я также внимательно его рассматривал, узнавая часть энергетических компоновок в построении заклинаний любимого мною мага-воздушника Эббуза. Да, именно воздух каким-то замысловатым узлом господин Герхард сейчас вязал силовыми нитями, выставляя как линейно, так и структурно замкнутые блоки задач. Мастер, действительно мастер, никакой цепочки и ниточки, как привык делать я. С таким узором, наверно, не один час придется возиться даже сэру Дако, а уж я так и подавно тут бессилен.
Легкий ветерок качнул волосы у меня на голове, порывом свежести возвестив о том, что маг дошел до контура формирования объекта либо же явления. Господин Герхард неожиданно резким росчерком, словно блоха с собаки, по пологой дуге, но необычайно быстро взвился в воздух этаким метеоритом, с погашением энергии уже на стене, и скакнул в мою сторону.
— Здравствуй, юноша. — Оказавшись в долю секунды мало того что на стене, но и в каких-то нескольких метрах от меня, он заставил вздрогнуть всех, я же от удивления даже невольно подался на пару шагов назад. — Рад видеть перед собой талантливого инициата, который в столь юные годы уже доставляет столько хлопот окружающим.
— Эм-м. — Я учтиво поклонился, пытаясь совладать с растерянностью и испугом. — Вы мне льстите, мастер, какие ж тут хлопоты? Сплошная суета в базарный день. Надеюсь, вы не откажете мне в удовольствии немного перекусить со мной?
— Смело! — Он весело мне подмигнул, потрепав по голове. — А главное, разумно! Молодец, мальчик.
Слуги, пыхтя и краснея, с трудом втащили на стену круглый дубовый столик, тут же накрывая его белоснежной скатертью и сервируя золотыми тарелками, давая нам время внимательней присмотреться друг к другу.
То, что было принято мной за избыток веса, оказалось чистой воды мускулатурой, Герхард Доу был самый натуральный Арнольд Шварцович Негер! Вблизи он внушал невольное уважение мощным размахом грудной клетки и дутыми шарами мышц на руках. Да уж, не говори «гоп», пока маг к тебе не запрыгнет! Толстяк не толстяк, а то, что я принял за бижутерию, вообще оказалось нашитыми стальными бляхами доспеха. Издалека путаницу внес его широкий голубой плащ, скрадывающий нюансы.