С момента, когда он последний раз ел, прошло более шестнадцати часов, поэтому он решил в первую очередь подкрепиться, и уже только после этого доложить капитану о примерных шансах на выживание.
В кают-компании на удивление оказалось очень малолюдно, хотя это и не казалось чем-то из ряда вон. По стандартным корабельным часам сейчас было утро, вот только заняться, в последнее время, невольным пленникам транспортника стало нечем, и соответственно значительная часть команды позволяла себе поспать подольше. Поймав знакомый взгляд, техник узнал в сидевшем за столиком, командира второго наемного отряда, каким-то чудом выжившего и оказавшегося на грузовике. Тот приветливо махнул рукой и Колвей не долго думая подхватил поднос, с только что выданной синтезатором порцией аппетитного мясного рагу, и подсел к нему.
— С тобой все нормально? Как-то неважно выглядишь, — произнес наемник, едва техник опустился на стул.
— Да все в порядке. Просто работы много, а времени на все не хватает…
— Ясно…, — ответил наемник и замолчал на несколько минут, за которые Саар успел проглотить практически всю порцию. — Слушай, тут в команде слухи ходят, что нам всем крышка, если не активировать пространственный аварийный маяк, но капитан со старпомом против. Они говорят, ты справишься с ремонтом, и мы сможем улететь домой…
Техник на несколько секунд задумался. Говорить ли собеседнику о том, что большая часть экипажа обречена, так как даже по самым скромным подсчетам, имеющимися силами, на восстановление корабля уйдет несколько месяцев или промолчать и обеспечить себе больше шансов.
Внимание техника отвлекла замигавшая иконка отчета ИскИна ремонтного комплекса. Диагност, посланный на поиск истребителей, и проверку содержимого их НЗ справился со своей работой и теперь ожидал дальнейших указаний. Ему удалось обнаружить семь малых кораблей, два из которых находились в непосредственной близости от места попадания выстрела архов. Их оплавленные остовы восстановлению не подлежали, а стальные же были в неплохом состоянии. Нетронутый паек, в запаянных контейнерах, присутствовал на всех уцелевших истребителях, и Саар недолго думая отдал дроиду команду на их вскрытие и перенос содержимого в помещение ремонтного отсека.
— Знаешь, — решился Колвей, — для ремонта у меня есть всё, знания, силы, опыт и запчасти. Проблема в другом, не хватает времени.
— Времени? — переспросил наемник, — уж его-то у нас вроде навалом.
— Не совсем! Мне удалось мельком увидеть отчет о запасах продовольствия…, — и техник, стараясь не сильно сгущать краски, поведал об увиденном, добавив так же, что подготовка корабля к перелету займет у него не меньше полутора месяцев в лучшем случае, а затем на дорогу до ближайшей населенной людьми системы уйдет еще дней десять.
В конце разговора Саар постарался на всякий случай «прикрыть собственный тыл» и добавил, что он всё же не очень внимательно вчитывался в отчет, так как его больше интересовали списки сохранившихся комплектующих, поэтому есть большая вероятность того, что он не видел еще чего-нибудь. Переставив опустевшую тарелку обратно на поднос, Колвей отнес грязную посуду в утилизатор, и, бросив взгляд на сидящего в задумчивости наемника, направился на доклад к капитану.
С момента разговора с командиром наемников, а затем и капитаном прошло больше месяца. Продуктовую вольницу урезали на следующий день, и технику точно не было известно, что послужило этому поводом (поплывшие по транспортнику слухи либо названные сроки ремонта). В последнее время Колвея ни кто не беспокоил, и он практически безвылазно сидел в ремонтном отсеке. Он даже перенес туда один из пищевых синтезаторов с небольшим запасом картриджей, чему некоторая часть команды была крайне недовольна, но капитан транспортника в жесткой форме посоветовал всем не «доставать» техника, и «буча» не успев разрастись утихла.
За прошедшее время, Саар смог восстановить один из двигателей грузовика, и на ближайшие дни планировались его испытания, требовалось на практике понять, выдержит ли нагрузку восстановленный силовой каркас. Если все окажется в порядке, то Колвею останется лишь восстановить питание гиперпривода, и тогда можно будет отправляться в путь.
Ровно через сутки, в сопле одного из трех маршевых двигателей транспортника появилось едва заметное красноватое свечение, которое постепенно разгораясь, приобретало более желтый оттенок, пока не превратилось в ровный плазменный факел. Вся команда замерла в ожидании, прислушиваясь к каждому звуку. Внезапно со всех сторон послышался протяжный стон, казалось, что он идет отовсюду. Капитан, занявший свое кресло в рубке слегка занервничал,
