их расы, является способность предвидеть будущее. Это было даже скорее не предвидение, а предчувствие того, что скоро произойдет, буквально через несколько мгновений, которых хватало, для того, чтобы изменить направление движения или отразить выстрел из плазменной винтовки.
Воспоминания о сестрах Сай вновь вернули мои мысли в нужное русло, и я вернулся к разговору с хранителем прерванному неожиданным появлением небольшого млекопитающего.
— Как скоро ты сможешь провести необходимые анализы, чтобы определить состояние девушек?
— Все-таки ты не хочешь последовать по оптимальному пути! — по-своему констатировал ИскИн мой вопрос, — ведь насколько проще синтезировать плоть биологического существа, а затем обучить его всему необходимому….
— Ты не понимаешь? — повысил я голос, почти перейдя на крик, и сдержав себя лишь в самое последнее мгновение. — мне не нужны защитники, мне не нужны другие креаты, пусть лучше и сильнее. Мне нужны только МОИ…. — я на секунду замер, сам не зная как правильнее назвать сестер Сай. Ведь кто они мне? Защитники — телохранители? Подруги? Соратницы? Любовницы? Жены? Я был не уверен какие чувства к ним испытывал, но лишь до того момента пока не остался один и осознал это…
— Я летел сюда только с единственным желанием спасти их, и ни кто другой мне не нужен. Если не станет Ли и Марико, я не смогу дальше жить, ведь я…. Я люблю их…, — последние слова я прошептал, но и моего тихого голоса хватило, чтобы хранитель услышал.
— Хм, — произнес он с человеческой интонацией, — любовь…, мне знакомо это чувство… Точнее не мне, а личностной матрице человека, с которого она была снята. — Древний ИскИн на несколько секунд замолчал, как будто раздумывал о чем-то, а затем сказал то, что мне очень хотелось услышать. — Я отправил шаттл на борт крейсера, через полчаса он доставит капсулы с креатами сюда, и только после этого я смогу говорить о шансах спасти их.
— Спасибо, — с нескрываемой радостью поблагодарил я живой компьютер, а потом вспомнив еще кое-что, добавил, — И извини меня, пожалуйста.
— Ничего страшного, я знаю, насколько живые органические существа подвержены резкому изменению эмоционального состояния. Мне эти чувства практически недоступны, поэтому я не обижаюсь.
— Отлично, — обрадовался я, — ты что-то говорил о моей нейросети, когда я тебя перебил. Может, расскажешь еще раз? — хоть хранитель и сказал, что ему не свойственны эмоции, но в его синтетическом голосе они явно ощущались, и в этот раз Алекс на сто процентов был уверен, что ему совсем не послышалось.
Ровный, выразительный голос древнего компьютера, напомнил мне преподавателя из учебного заведения, где я когда-то получал образование. Стоя у доски, он читал потоку из полутора сотен человек лекции, и это был единственный курс, на котором ни кто не спал. Его голос казалось, притягивал и заставлял слушать, а частые разъяснения сложных моментов оказывались доступными для понимания всех студентов без исключения. И вот сейчас в своем воображении я снова видел того преподавателя.
Моя нейросеть, как я уже знал, была экспериментальной, поэтому в первый мой визит к хранителю он не смог дать мне по ней всего описания. Зато тогда у квази живого разума осталась копия данных с устройства памяти, вживленного в мое тело. Среди множества всевозможных файлов хранящихся в нем оказался и файл, относящийся к разработке моего симбионта. Он был зашифрован более сложным кодом и у хранителя на взлом шифра ушло больше года, однако в конце-концов ему это удалось.
— Пока ты находился в реанимационной капсуле, — продолжал рассказывать древний ИскИн, — мне удалось подключиться к матрице твоего симбионта. Управляющие коды из файла по непонятной причине не подошли, однако мне удалось скачать часть логов. По ним я смог прочитать основную схему развертывания твоего био интерфейса и сравнить их с заданными при разработке.
Хранитель на несколько секунд замолчал, как будто давал мне время переварить информацию или задать вопрос, но я не отреагировал, продолжая заинтересованно ждать. Я отвлекся лишь на мгновение, сделать глоток освежающего напитка из бокала (его пару минут назад принес дроид взамен разлитому), и вновь превратился в слух.
— Твоя нейросеть после слияния с базовой, повела себя совершенно иначе, чем я предполагал, — вновь заговорил ИскИн. — Ее нейро интерфейсы подключились к твоим нейронам нормально, однако количество соединений превышает необходимое в тысячи раз. Попросту говоря, симбионт стал еще одной неотъемлемой частью твоего головного мозга. Что может произойти дальше, я не представляю и даже не могу просчитать.
— У меня иногда бывают видения, — я решил рассказать хранителю
