Беглецы — 2

уже давно забытой роскоши. После того, как снабжение наладилось, людям предложили на выбор — либо всё ещё продукты, либо деньгами, которыми теперь можно было легко отовариться в любой торговой точке чужаков. Либо пятьдесят на пятьдесят: день продукты, а день — деньги. Большинство перешли на последний порядок оплаты. Потому что в отличие от прежних, превратившихся в фантики денежных знаков, новые принимались в любом месте Гарова без возражений. Да и цены на товары и продукты напомнили золоте время правления Императора. Прослышав, что в городе появилась крепкая власть, потянулись на разведку и окрестные крестьяне. Вначале пешком, изо всех сил стараясь выглядеть горожанами. Впрочем, чужие военные никого не обижали, и позволяли спокойно разгуливать везде, кроме нескольких мест. Потом один отчаянный хуторянин привёз на продажу зерно. Нуваррцы поинтересовались, почему именно зерно, а не муку. Выяснилось, что мельницей в округе проблема. Единственная большая сгорела, и теперь на руках только примитивные крупорушки, которыми много не сделаешь. И всё. Уже приготовившемуся расстаться с товаром, и вполне возможно и с жизнью крестьянину пожелали удачной торговли и просто ушли, оставив того с открытым ртом. Правда, взяли плату за разрешение на торговлю. Но столько, что тот не смог вымолвить ни слова, узнав её величину: из десяти привезённых им мешков чужаки забрали всего лишь одно ведро, одну сороковую часть зерна, сообщив ему, что размер платы будет всегда именно таким. Ну а если сельчанин пожелает, то может платить деньгами. В обиде никто не будет. Удивительно, но продав, а главное — купив всё необходимое в городских магазинах, хуторянин спокойно уехал восвояси. Без всяких обид или. тем паче, грабежа или реквизиции… И в город потянулись торговцы, продающие мясо, птицу, зерно, крупы. В обиде не оставался никто. Уж гвозди, подковы, дёготь, шкворни. и прочие необходимые в любом хозяйстве промышленные товары, как обувь, одежду, инструмент, а так же соль и другие специи в Гарове приобрести проблем не составляло. К тому же в округе стало удивительно тихо, словно всех бандитов, прежде буквально наводнявших округу, повывели. Впрочем, так оно и было. Группы нуваррцев каждый день уходили из города на зачистку. Только вот свидетелей их ‘работы’ не было. Все оценивали лишь результат, а тот был виден всё лучше с каждым днём…

— Итак, господа, вынужден констатировать, что в нашу операцию вмешалась третья сила.
В наступившей внезапно тишине председатель Большого Круга опустился на своё место. Несколько мгновений, затем прозвучал голос Второго:
— Что значит, третья сила?! Почему НАМ об этом ничего неизвестно?
— Почему неизвестно? Кое-какие слухи приходили. О некоей Нуварре.
Зло ответил Пятый.
— Именно, что слухи! Какое-то государство, никому не известное, никем не посещаемое. За всё время наши люди видели лишь двоих представителей этой страны. И, похоже, что те двое лишь обычные мошенники!
Вновь высказался Второй. Председатель презрительно сплюнул в горящий костёр. Открытое пламя посреди зала, ряд кресел, выстроенных кругом вокруг сложенного из грубых камней очага, уходило в незапамятные дебри времён. Говоривший, осекшись, испуганно втянул голову в плечи и замолчал.
— Пятый, что вам известно? Расскажите всем, в том числе и уважаемому Второму.
Человек в высоком жёстком колпаке, украшенном рогами неизвестного животного, послушно открыл невидимый за войлоком рот:
— Итак, господа, Нуварра. Мы знаем, что это не настоящее название страны, а всего лишь русийская адаптация. Истинное имя государства пока, повторяю, пока, никому неизвестно. Далее…
Сделав короткую паузу Пятый вновь продолжил, на мгновение склонив голову в сторону оппонента:
— Впервые мы задумались о том, что это за страна, когда в один из портов Русии вошёл неизвестный транспорт под совершенно незнакомым флагом. Это событие могло пройти незамеченным, если бы не одно большое ‘но’ — величиной корабль превышал самые большие броненосные корабли Императорского Русийского флота…
По собранию прокатился лёгкий гул. Разноцветные колпаки задвигались, но вскинутая вверх перчатка, украшенная стальными когтями, заставила всех замолкнуть. Пятый благодарно наклонил свою голову в сторону главенствующего, затем продолжил:
— Именно по причине своей невероятной величины транспорт не смог войти в бухту и оставшись на рейде, выгрузил своих пассажиров, свыше ста человек, а так же множество одинаковых металлических ящиков на местные баржи, затем так и остался стоять у входа в бухту. Заплатив