Беглецы — 2

поставки в Русию. А лишённая снабжения и пополнений армия — уже не армия, а будущие военнопленные…
— Ясно.
Снова воцарилась тишина. Лишь языки пламени играли причудливыми огоньками на стенах зала, высеченного глубоко в пещере.
— Итак, ваши предложения, господа. Я готов их выслушать завтра, в это же время.
Председатель встал. Пламя Очага ярко вспыхнуло, ослепив всех присутствующих. Когда же зрение восстановилось, Первого не было…
…- Володя, зайди к нам, пожалуйста.
Голос, прозвучавший в мембране рации, как-то не вызвал желания протянуть лишнюю пару минут с визитом. Вздохнув, Звонарёв отложил в сторону очередной документ, доставленный ему разведчиками, поднялся, и тщательно заперев за собой кабинет, вышел из здания вокзала, так и оставшегося его резиденцией. Оседлав мотоцикл, кроссовый Zongshen ZS250GY-3, привычно проконтролировал стандартный тест, воткнул первую передачу из шести, затем выкрутил ручку газа до упора и бросив сцепление, выпустив шлейф гравия из-под заднего колеса, рванул по главной улице. Впрочем, эффектно тронувшись, Владимир тут же сбросил скорость, не превышая двадцати километров в час. Тем более, что ехать то было всего ничего, а улица заполнена народом и транспортом. Наряду с грузовиками и джипами нуваррцев — телеги, фургоны, повозки. Конные и ручные. Пустые и заваленные до отказа грузом. Но главное — лица. Спокойные, довольные, и — сытые. Ну, или отъедающиеся. Во всяком случае, такого, что Звонарёв застал при появлении Гарове, уже не было. Нуваррцу махали руками, кое-кто с достоинством снимал шляпу, отпуская короткий поклон. Он едва успевал отвечать. Наконец затормозил возле крыльца управы, заглушил двигатель, поставил мотоцикл на подножку. Вытащил из-под погона кепку, надел на голову:
— Костя, не в курсе, по какому поводу меня вытащили? Работы по горло…
Часовой молча кивнул в сторону. Повернув голову, Звонарёв замер от удивления — большой, и, судя по всему, довольно мощный легковой авто. По дизайну — начала двадцатых. В то время, как всё, что он видел раньше, относилось к началу двадцатого века земли. Золотистое покрытие начищенных фар, довольно широкие гуттаперчевые шины, сияющий лаком обтекаемый кузов. В сердце шевельнулось нехорошее предчувствие. Собравшись, решительно шагнул на крыльцо, быстро передвигая ноги… Дежурный по штабу сразу повёл его в кабинет начальства. К удивлению Владимира, кроме обоих майоров там находилось ещё трое абсолютно незнакомых ему людей в типичной для русийцев обеспеченных слоёв одежде. Едва лейтенант перешагнул порог кабинета, как Рублёв махнул ему рукой, подзывая к себе:
— Быстро ты, Володя. Давай сюда. Тут, похоже, послы прибыли. Из Океании.
— Что?!
Он дёрнулся к кобуре, но майор успел ухватить его за запястье:
— Остынь. Они парламентёры. Расстрелять или повесить всегда успеем. Надо их хотя бы выслушать.
— И что я им скажу?
— Наши говорят, что они по-русийски к ним обращались.
— Да? Ню-ню…
— Хватит.
Рублёв надавил на его плечо.
— Садись и задавай вопросы. По стандартной схеме. Кто, зачем, откуда. Понял?
— Сделаем.
Он уселся за стол, машинально включил кинокамеру, установленную там, затем задал произнёс первую фразу:
— Кто вы?
При звуках русийской речи троица облегчённо вздохнула, вскинув головы, затем старший из них, одетый более изыскано, чем все остальные, заговорил:
— Я — чрезвычайный и полномочный представитель правительства Океании Герц Ансуш. А это мои сопровождающие, мой извозчик Арт Антор, и моя секретарша Гера Анрун.
Ответил чётко, тщательно выговаривая слова, и только на конкретно поставленный вопрос, что отметили все офицеры. Владимир практически синхронно перевёл. Следующий вопрос:
— Цель вашего визита?
— Мы уполномочены договориться о мирных переговорах между нашей страной и Нуваррой.
После переведённой фразы люди переглянулись. Рублёв, подумав, решил, как старший:
— Скажи им, что зато мы не уполномочены решать такой вопрос. Но обещаем сообщить о его предложении нашему правительству.
Выслушав его слова, посол спокойно ответил:
— Как долго нам придётся ожидать ответа?
— Завтра до полудня он будет дан.
Словно невзначай, тот заметил:
— Телеграф, как я понимаю?
— Вас это не касается.
— Хорошо. Не будем ссориться. Но у нас есть одна просьба.
Рублёв кивнул после перевода:
— Пусть говорят.
— Мы бы хотели дождаться ответа здесь, в Гарове. Где бы мы могли остановиться на ночлег?
Офицеры переглянулись, потом Ковалёв нехотя ответил:
— Володя, у тебя вроде