Попав в академию Аусвер — предмет мечтаний любого мага — я умудрилась сходу настроить против себя Магистра с пугающим ледяным взглядом, а также самого популярного парня, одно слово которого способно превратить мою жизнь в ад! Теперь вместо того чтобы радоваться своему везению, нужно срочно помириться с надменным красавчиком, распутать целый клубок тайн, и, заключив одну непристойную сделку, понять, наконец, что здесь происходит. Что в элитной академии не всё так радужно. Отдай магию или умри — таков закон Аусвер. Но… даже не надейся, Тринадцатый Магистр! Я на такое не подписывалась!
Авторы: Диана Хант
– повесил простыни вместо занавесок, – она прижала тыльную сторону ладони ко лбу. – На той неделе в библиотеке кто-то бросался книгами, и, такое ощущение, подвывал… или плакал. А сегодня утром из буфета пропали все ложки! Серебряные! Старинные! Оно, конечно, смешно, но это память о бабушке! Такие, знаете, на длинных ножках…
– Десертные, – пискнула я и оказалась под перекрёстными взглядами двух пар глаз.
Хозяйка, мистрис Алвейл, смотрела так, словно видит меня впервые, и, чего уж там, не ожидала обнаружить такое в своём доме. Юджин же смотрел просто зло. Но к этому я успела привыкнуть.
Он всю дорогу злился, с того самого момента, как мне было приказано сопровождать его. Всю дорогу досадовала! Это ж какая возможность поговорить начистоту, помириться, а заодно и выспросить хорошенько, за что он так ненавидит Аусвер?
Но жизнь научила не лезть под горячую руку. Можно так огрести, мало не покажется. К тому же, если человека не трогать, дать, как говорила мама, перебеситься, он потом сам станет добрее и благодарнее, что в душу лезть не стали. Сам всё расскажет. Я и решила: буду нема, как рыба, и послушна, как… как «Рошка», в общем. Мне ли привыкать. А если удастся не сплоховать и даже оказаться полезной, глядишь, Юджин и сам всё расскажет, на обратной дороге. Что-то его, видно, сегодня, помимо меня расстроило. Имеет человек право позлиться? Кто бы спорил, только не я.
– Да-да, десертные. И в кабинете у мужа копались, бумаги все разбросали, провод у телефона сгорел, представляете?
– Провод сгорел? – уточнил Юджин, нахмурившись.
– Знаю-знаю, – снова замахала руками хозяйка. – Вы будете говорить, как и эти дуболомы-миротворцы, что кто-то залез в дом… Но это исключено! Мы пользуемся лучшей охранной магической системой! Новейшая разработка! Обновляем каждый месяц! Деньги, конечно, немалые, а что делать… – и она тут же осеклась, закрыла рот ладонью, должно быть, разговоры о деньгах в высшем обществе моветон. Где-то я такое слышала.
В тот момент, когда мистрис Алвейл заговорила о новейшем магическом изобретении, глаза Юджина вдруг так и полыхнули! И кулаки сжались!
Всего на миг, но… и я, и хозяйка успели заметить. Причём реакция хозяйки была совершенно нетипичная. Она вдруг закашлялась и отступила на шаг, так, что наткнулась спиной на стену, отчего картина закачалась. Хвала Четырёхликой, картины в этом доме были не как в Аусвер, не магические, а то наслушались бы сейчас от чернобрового красавца с ястребиным профилем…
Не вполне понимая, что происходит, я взяла Юджина за руку. Ну как, за руку. По сути положила пальцы на сжавшийся кулак. Ледяной. Юджин вздрогнул, посмотрел на меня отсутствующим взглядом, потряс головой, а хозяйка смутилась. Чего?
Реакции Юджина или своего испуга?
Но заговорила в два раза быстрее. Снова повела по коридорам, показывая и рассказывая на ходу, где ещё набедокурил «полтергейст».
Юджин шёл по левую руку и сверялся с показателями выданного в Аусвер датчика. Меня в принцип его работы не посвятили. Ну я и плелась, то есть, бодро топала следом, делая умное лицо.
– А там что? – спросил он, показывая на самую дальнюю комнату в коридоре. Датчик в его руках жалобно пискнул. Я навострила уши, выглядывая из-за его плеча.
– Кладовка, – ответила хозяйка так быстро, что я сразу поняла – врёт.
Понял это и Юджин.
– Для отчёта нам нужно проверить все комнаты, где шалил этот ваш «полтергейст».
И без того мраморное за счёт белил лицо хозяйки стало ещё более непроницаемым.
– Там вам нечего делать! – сказала она резко. – Вредитель туда не заходил! Вон, видите, пыль на ручке?
– Простите, мистрис, – пискнула я. – Но полтергейст на то и полтергейст, чтобы ходить сквозь стены…
– Туда никто не заходит!!! – взвизгнула фальцетом хозяйка и я часто заморгала.
И тут вдруг Юджин сжал мои пальцы!
Это было так неожиданно, что я затаила дыхание.
А ещё внутри что-то зашевелилось. Так было, когда удалось поднять воду в колодце, или сегодня, когда над их этой «сегрегационной пагодой» засияла радуга… В запертой комнате была магия! Я чувствовала её!
– Мы осмотрим все комнаты в доме по порядку. Начнём с гостиной, – примирительным тоном сказал Юджин.
Бенжамин
Бенжамин Сенека склонился над страницами Посланий.
Каждое – заламинировано, поверх плёнки – магическая печать для сохранности.
Всего Посланий Богини (задокументированных, так сказать) сто восемьдесят три. Негусто. За две тысячи лет.
Прежде чем приступать к перечитыванию того, что Бенжамин итак знал наизусть, он привычно натянул одноразовые
