Попав в академию Аусвер — предмет мечтаний любого мага — я умудрилась сходу настроить против себя Магистра с пугающим ледяным взглядом, а также самого популярного парня, одно слово которого способно превратить мою жизнь в ад! Теперь вместо того чтобы радоваться своему везению, нужно срочно помириться с надменным красавчиком, распутать целый клубок тайн, и, заключив одну непристойную сделку, понять, наконец, что здесь происходит. Что в элитной академии не всё так радужно. Отдай магию или умри — таков закон Аусвер. Но… даже не надейся, Тринадцатый Магистр! Я на такое не подписывалась!
Авторы: Диана Хант
По сравнению с ней аура того же Касьяна – ещё пару лет назад пылающая, как факел, сейчас так, гнилушка…
Потому он и не сдержался. Ничего, переживёт. Такую не то, что в лужу, в ледник спать уложи – и ничего ей не будет.
А уж когда она «радуге» обрадовалась, руки зачесались, чтобы придушить дуру!
Юджин пнул ни в чём не повинный бордюр и принялся подниматься по лестнице в мужскую часть общежития. Можно, конечно, на лифте, но нужно тренировать мышцы.
Касьян, который в отличие от него, подъёмником воспользовался, уже валялся на кровати. Цедил настой антидонника, отходил. Как говорят Магистры, восстанавливался. И вид у него был такой в общем… Краше в гроб кладут.
Он поднял усталый взгляд на Юджина, когда тот вошёл и прикрыл за собой дверь.
А потом сказал неожиданно:
– Хорошая девочка, светлая.
Юджин даже зубами скрипнул. С досады. Или стыда?
– Глупая, – процедил он.
– Глупая, – не стал спорить Касьян. Уголок его губ дрогнул в полуулыбке. – А мы какими были, когда сюда попали?
Юджин нахмурился и пожал плечами.
– Да я как-то без иллюзий. Меня отец сдал. Продал, то есть. Ну как отец… Отчим. В общем, я знал, куда меня везут.
– А я сам пришёл, представляешь? – неожиданно широко улыбнулся Касьян. – Лыбился шо дебил, руки всем жал. Магистров… думал расцелую.
– Шутишь, – криво ухмыльнулся Юджин.
Касьян лукаво прищурился.
– Не во всём.
– И долго радовался? – не выдержал Юджин. – До «первой крови»?
– До «забора», – кивнул Касьян. – Да и потом… Знаешь, я же был весь такой идейный… Думал, жертвую часть магии на благо Триума, мол, доброе дело. Ну и верил в весь этот бред про гражданина Преториума, бьющегося сердца Триума, – продекламировал он, подражая Магистрам. – Верил, понимаешь? Кто ж знал, что они здесь выдаивают нас досуха…
– Все знают, – буркнул Юджин.
– Не все, – покачал головой Касьян. – Вон, девчонка новенькая явно не в курсе. Оно и понятно. Наверное, из какой-то глубинки. Ты же вот сам, из Багрового Каньона?
– Рядом, – хмуро ответил Юджин. – Наш дистрикт в дне пути. По магистрали, оно, конечно, быстрей…
– Вот видишь, – перебил Касьян. – Там у вас Хазира недалеко. Так что…
– Ей, наверное, «пустили» уже, – задумчиво пробормотал Юджин, чувствуя себя почему-то сволочью.
– Нет, на Распределении не пускают, – покачал головой Касьян. – Завтра. Завтра и куратора к ней приставят. Ты присмотри, Юдж, чтоб не обижали её, ладно? Глупышка ж совсем.
– Ладно, – нехотя пообещал Юджин. И ещё более нехотя добавил сквозь зубы: – И впрямь глупышка.
Бенжамин
Не собирался он вмешиваться. Магистры редко вмешиваются в личные дела студентов. И уж тем более нет до их разборок никакого дела деканам.
Тем более если ты к Аусвер имеешь самое косвенное отношение. Начальство, типа. По совместительству декан «Претория», или, если аббревиатурой от официального названия, ПУЭМа – Правительственного Университета Экспериментальной Магии. В общем, привык (должен, сфинксы его дери, привыкнуть!!!) смотреть на студентов Аусвер как на расходный материал. Живые – пока ещё живые – накопители энергии…
А вот на проверку оказалось (в который раз!), что не так уж и привык.
Наверное, потому что с виду девчонка, которую Эдгард приволок из дистрикта-113-А была совсем ребёнком. Эдгард, кстати, дубина. Как есть дубина. Его за чем отправляли в ту дыру? Правильно, за Свитком. Ну или на худой конец, за знамениями…
А вернулся мало, что без Свитка и без знамений, так ещё и с этой дурочкой восторженной.
Бенжамин на миг представил, что будет с девчонкой, когда поймёт, что из себя представляет Аусвер, зажмурился, содрогнулся всем телом и испытал странное облегчение от того, что присутствовать при этом не будет.
Да какого сфинкса!
Девчонке-альбиносу ещё повезло, что в Аусвер попала!
А ведь могла бы и в Хазиру. А там и до Диких земель недалеко.
В Танхарии, между прочим, на альбиносов охотятся. По-настоящему. С копьями и трубками с отравленными иглами. Население там тёмное, дикое. Магии у них нет: Четырёхликая не одарила своей милостью.
Тамошний культ основан на суевериях и дурацкой пустышке-вуду. Вот вроде и есть в этом что-то, – черепа-иголки-курильницы, – романтика, одним словом, хоть экскурсии вози, а результата всё ж никто своими глазами не видел. Стоит ли удивляться вере дикарей, что сердце альбиноса дарит небывалые силы?
Нет, не собирался он за неё заступаться…
И выходить из сегрегационной пагоды навстречу не хотел…
И уж тем более не собирался отодвигать студента
