Магия, путешествия по неизведанным мирам, другие расы и лихие поединки. Так случилось, что невинного ребенка убили и превратили в чудовище, которому не доверяют даже родные, а все остальные вообще желают убить. Только конца света до общей кучи, кажется, не хватало. Упс, накаркал.
Авторы: Хворост Дмитрий Александрович
но тот вырастил чешую, и в итоге зубам озорницы непоздоровилось..
Время шло медленно и тягуче, все пристально всматривались в лицо девочки, ожидая хоть каких-нибудь изменений. И вот, наконец, когда Наяда уже по пятому кругу предложила всем чай с печенюшками, а Хильга успела основательно достать Вурмлайта, спящая красавица соизволила проснуться.
Открыв глаза и увидев пять, нависших над ней неизвестных лиц, она пронзительно запищала и безошибочно повисла на Лёне. От неожиданности он рухнул в находящееся позади кресло, и инстинктивно попытался оторвать от себя верещавшую малявку, но та прицепилась к нему похлеще пиявки, и от его потуг начинала только громче голосить.
Убедившись, что отодрать от себя девчонку, без нанесения ей вреда не представляется возможным, Лён аккуратно приобнял её одной рукой, а второй начал гладить по голове, пытаясь хоть как-то успокоить. Удивительно, но этот метод сработал: сначала она затихла и расслабилась, потом начала шмыгать носом, а затем и вовсе горько расплакалась.
Внезапно число действующих лиц в комнате ещё больше увеличилось. Из портала, сопровождавшегося снопом жёлтых и красных искр вышла Ирридеан* (Вы наверно уже заметили, ни у кого не были названы фамилии, а только имена. Ошибки в этом нет, так как маги отбрасывают свою фамилию, при поступлении в Школу Магических Искусств, это изредка вызывает небольшую путаницу, но таковы издержки магической жизни. Обычно имя какого-то конкретного мага, если он достаточно известен, сопровождается кличкой или титулом, заменяющем ему фамилию и говорящем что-то а его деятельности), усугубив расовое разнообразие собравшихся.
-Лён, голубчик, не мог бы ты… — начала было Ирра говорить, но увидев и тем более услышав висевшее на нём нечто, резко осеклась и переменила вопрос, на вполне очевидный — А это ещё кто такая?
Ирридеан, или, как её называли для краткости Ирра, была в Семье*(нечто вроде гильдии собранной Лёном, состоящей из хороших знакомых и родственников, на данный момент в ней состоят собственно сам Лён, его подруга Наяда, его дети Хильга, Вэрд и Вурмлайт, его немезида с давних пор, а сейчас партнёрша Натиль, дочь Наяды — Аэлла и соответственно последняя — Ирридеан, что-то вроде любовницы, хотя это громко сказано. Так же, негласно, причисляется к Семье и Мир ) ещё совсем новичком. Невысокая, хрупкая тёмная эльфийка, за свои былые прегрешения была проклята собственным народом*(высшими эльфами) тысячу с копейками лет назад. Изгнали её за увлечение шаманизмом и магией крови, хотя ничего плохого она не сделала предрассудки у эльфов всегда были на высоте. Как это бывает с молодыми и горячими она, конечно же, поклялась всем им показать кузькину мать, но жизнь коварно обломала её наполеоновские планы. В те времена магические искусства достигли своего пика и молодых талантливых магов было пруд пруди. Несколько раз, чуть не погибнув в поединках, она перенесла свою кипучую деятельность на более спокойную ниву поиска артефактов, где более менее преуспела, найдя «Камень Вечности». Но лишь активировав, его она поняла суть его название: этот одноразовый артефакт переносит использовавшего его в сосредоточие нескольких мощнейших потоков астрала, где и оставляет на целую тысячу лет пропитываться тело их энергией.
Выйдя из спячки и осознав, что произошло, она была в ярости и принялась искать на ком бы выместить свою обиду и злость, по её несчастью, а может быть и счастью, это с какой стороны посмотреть, этим человеком оказался Лён. Знатно подравшись, они поговорили и нашли друг в друге много общего, незаметно проникнувшись симпатией, с тех пор они стали жить как друзья — любовники, и Лён принял её в Семью.
Выглядела тёмная эльфийка всегда потрясающе, не смотря на своеобразный цвет кожи, больше подошедший недельному покойнику. По-эльфийски хрупкое, но стройное и изящное тело, точёное аристократичное лицо с большими глазами густого фиолетового оттенка. Длинные тёмно-сиреневые волосы, волнами колыхающиеся от каждого движения. Одевалась она чаще всего в обтягивающие свободные наряды. Вот и сейчас на ней были кожаные, бордовые жакет, застёжка которого буквально трещала в области бюста, такого же цвета штаны и высокие сапожки с длинной шнуровкой. В острых ушах, дерзко вспарывающих густые волосы, висели по три серёжки-капельки, одна с кроваво-красным рубином, вторая с изумрудом, сочного хвойного цвета и третья с небесно-голубой бирюзой. На мизинцах обоих рук красовались маленькие серебряные колечки в виде трёх листочков неизвестных растений, замкнутые в круги, а вся шея была прямо-таки увешана разнообразными амулетами-талисманами. Её голос очень походил на Наядин, но был чуточку выше и звонче.
