Магия, путешествия по неизведанным мирам, другие расы и лихие поединки. Так случилось, что невинного ребенка убили и превратили в чудовище, которому не доверяют даже родные, а все остальные вообще желают убить. Только конца света до общей кучи, кажется, не хватало. Упс, накаркал.
Авторы: Хворост Дмитрий Александрович
Phoenix.
Когда его призыв завершился, ведьмак подумал, что если это феникс, то он наверно китайская балерина. Типичный феникс был не больше собаки, с ярко оранжевым оперением, и длинными, жёлтыми хвостовыми перьями, оставляющими за собой шлейф пламени. То же, что предстало перед изумлёнными глазами хранителя, не лезло ни в какие рамки. Высотой оно было с двухэтажный дом, контуры всего тела не были чёткими, и были составлены из яркого пламени. Размах крыльев этого чудовища насчитывал не менее десятка метров, внутренности, прекрасно видимые из-за нечёткости контура, являлись, синим огнём. Короче говоря, это была какая-то отдалённая копия, но уж точно не феникс этой, или какой-либо другой реальности.
-Ая, будь добра, помоги мне, а то он весьма упорен. — Обратился призыватель к своему созданию.
-Неа, у вас тут дуэль, нечего мне вмешиваться! — Раздался дерзкий девичий голос из ниоткуда. «Феникс» лопнул разноцветными огоньками, а на его месте оказалась женщина, одетая в простенький белый сарафан.
-Эй, ты чего! Мне же помощь нужна. А ну вернись, я же не просто так тебя вызвал.
Наплевав на возмущённые возгласы, она отошла в то место, где терпеливо сидела Ша’Арни, и о чём-то с ней заговорила. Прислушиваться у Лёна, как-то не было ни времени, ни возможности, так как противник прибегнул к своему последнему оружию: той самой катане.
Клинок её, казалось, был сделан из самой тьмы.
-Переживёшь этот удар, и я, так уж и быть, признаю своё поражение, на этот раз. — Сказал он, делая резкий выпад. В воздухе материализовался и бодро полетел к Лёну двухметровый полумесяц из чистой темноты.
Шестым чувством ведьмак понял — дело дрянь. Чисто из интереса провернув трюк с ударом по земле ещё раз, он увидел вполне ожидаемую картину. Тьма прошла сквозь толщу гранита, как нож сквозь масло. Защищаться от этой дури стенами и барьерами не было смысла и пытаться поглотить тоже. Непонятно из чего он состоял, но в нём не чувствовалось ни грамма магии. Только Пустота, именно с большой буквы, и в тоже время он был Всем.
Оставалось только атаковать, и надеется на то, что, что бы ни подпитывало эту атаку, выдохнется раньше, чем сам Лён. В правой руке мага появился прозрачный, заполненный каким-то гелем, небольшой октаэдр. Это была его возможность, как хранителя. Поглощая различные количества этого предмета, он получал прибавку к своим силам, доходившую до абсурдных высот. При полном же использовании, его характеристики увеличивались в три раза, но за каждую секунду он платил чудовищной болью.
Поёжившись, как от холода, он посмотрел на кубик в руке и шепнул.
-Как ни крутись, а умирать всё же неприятнее.
С этими словами он засунул его себе в рот. Раздался хруст, затем треск. Из спины ведьмака ударили четыре жёлтых луча, за доли мгновений, оформившиеся в крылья, составленные из тысяч светящихся пёрышек.* (Крылья магической силы, могут создаваться теми, в ком она необычайно сильна. В обычном состоянии Лён не могу бы произвести даже одного полноценного)
-Divine Invocation: Ray! — Яркая, слепящая полоса оранжевого света сорвалась с пальцев его левой руки и с громким скрежетом врезалась в полумесяц, проделавший уже половину расстояния до своей жертвы. Тот заметно замедлился, но двигаться не прекратил. От перегрузок, из руки шёл пар, а кожа, не выдерживая, рвалась. Из многочисленных порезов вылетала кипящая кровь. Лён зарычал, сквозь стиснутые зубы, но продолжал творить заклинание. Когда ведьмака и его смерть разделяли считанные метры, он погасил колдовство, одновременно проводя правой ладонью по перьям крыльев. Те, при прикосновении, превращались в точки — светлячки, и утягивались вслед за рукой. Эти огонёчки соткались в прекрасный белоснежный клинок длинной в полтора метра, с золотой рукоятью и прямоугольной гардой.
Маг принял удар тьмы ближе к эфесу, плашмя подставляя лезвия энергетического меча. В первую секунду ему показалось, что это бесполезно и либо безжалостная сила вырвет ему оружие из руки, или разрежет вместе с ним. В месте соприкосновения неистовала настоящая магическая буря, чёрные и оранжевые молнии били во все стороны, круша окружающий камень и поднимая облака серой пыли. Но потом давление ослабло, и полумесяц, расплывшийся безвредным туманом, улетел вместе с порывом ветра.
Лён, полностью обессилевший не смотря на продолжающийся эффект октаэдра, плашмя упал на землю, тем не менее не сводя взгляда с оппонента. Но тот и не думал атаковать. Пыль развеялась, и зрительницам стала видна картина разрушений. Ша’Арни, дико завопив, отпихнула стоящую у неё на пути Аю, и бросилась к возлюбленному. Макс стоял на коленях, и отплёвывался кровью, то ли сотворение
