…Тридцатилетний Тобиас Сарториус выходит из тюрьмы, отсидев десять лет за убийство двух девушек. Суд, располагавший множеством косвенных улик, не принял во внимание провалы в памяти, на которые он ссылался во время следствия, и назначил ему максимальное наказание, предусмотренное уголовным правом. Десять лет Тобиас ломал себе голову, действительно ли он убийца, кровожадный монстр, или просто стал жертвой чудовищной фальсификации. Вернувшись в родную деревню, где и произошла трагедия, он сталкивается с глухой враждой и ненавистью. И неожиданно тихая немецкая деревушка превращается в место действия захватывающей криминальной драмы… Впервые на русском языке!
Авторы: Нойхаус Heлe, Неле Нойхаус, Нойхаус Лe
удивительно мягкой, солнечной погодой, поехали в Таунус
погулять вокруг Гласкопфа.
Козима вела себя совершенно нормально, даже взяла его во время прогулки за руку. Его подозрения все больше казались ему плодом его фантазии, и все же он не решался заговорить с ней об этом.
Розали, Лоренц и Тордис вернулись в столовую с подносом, уставленным бокалами с шампанским. Они вручили по бокалу каждому гостю и даже трем своим племянницам, юным тинейджерам, которые возбужденно захихикали. Ввиду отсутствия их строгой матери Квентин закрыл на это глаза.
— Дорогие родичи! — торжественно начал Лоренц. — Мы с Тордис, пользуясь случаем и тем, что вся семья в сборе, объявляем вам, что решили пожениться!
Он обнял Тордис за плечи, и оба расплылись в счастливой улыбке.
— Не беспокойся, папа, — пояснил Лоренц, повернувшись к отцу, — мы делаем это не по необходимости, а по обоюдному желанию!
— Да что ты говоришь! — иронически откликнулся Квентин.
Задвигались стулья, все стали тесниться вперед, чтобы поздравить жениха и невесту. Боденштайн тоже обнял сына и свою будущую невестку. Известие о предстоящей свадьбе не было для него большим сюрпризом; его удивило скорее то, как Лоренц умудрился до последнего момента сохранить это в секрете. Встретившись глазами с Козимой, он подошел к ней. Она вытирала слезы умиления.
— Вот видишь, — сказала она и улыбнулась, — и наш старший сын тоже стал бюргером и строит планы женитьбы.
— Да уж пора! Он и так порезвился от души, — ответил Боденштайн.
Закончив школу, Лоренц угрожающе долго болтался на радио и телевидении в качестве диджея и перепробовал все возможные вспомогательные виды трудовой деятельности в этой сфере. Боденштайну давно уже хотелось сказать ему, что он думает об этом «затяжном прыжке», но Козима была совершенно спокойна и верила, что Лоренц в конце концов найдет свое призвание. Теперь он вел ежедневную трехчасовую передачу на крупной частной радиостанции и, кроме того, зарабатывал бешеные деньги в качестве ведущего на всяких гала-концертах и представлениях, спортивных мероприятиях и прочих хеппенингах и тусовках по всей Германии.
Гости опять расселись по своим местам, настроение было радостное, атмосфера непринужденная. Розали тоже покинула кухню и пила вместе со всеми шампанское.
— Оливер, — сказала мать Боденштайна, перегнувшись к нему через стол. — Ты не принесешь мне глоток воды?
— Да-да, конечно. Сейчас.
Он отодвинул стул и направился через кухню, где его расторопная дочь уже успела навести относительный порядок, в кладовую. Взяв из ящика две бутылки минеральной воды, он пошел обратно, но в этот момент в кармане одной из курток, висевших на вешалке у двери в гараж, пропиликал мобильный телефон. Боденштайну был знаком этот звук. Это был телефон Козимы! Несколько мгновений он боролся с собой, но на этот раз победило недоверие. Он зажал одну бутылку под мышкой и свободной рукой обшарил карманы куртки, в которой она сегодня ходила. Обнаружив телефон во внутреннем кармане, он раскрыл его и прочел «одно новое сообщение»: «Милая! Я целый день думаю только о тебе! Пообедаем завтра вместе? Там же, в то же время? Очень хотелось бы!»
Буквы поплыли у него перед глазами, колени стали ватными. Горькое разочарование обрушилось на него, как удар в солнечное сплетение. Как она могла так притворяться? Улыбаться, держать его за руку, гуляя вокруг Гласкопфа? На этот раз она заметит, что кто-то прочел эсэмэску, потому что значок, изображающий письмо, погас. Боденштайну почти хотелось, чтобы она заговорила с ним об этом. Он сунул телефон обратно в карман куртки, дождался, пока утихнет сердцебиение, и вернулся в столовую. Козима сидела на своем месте, держа на коленях Софию, смеялась, шутила как ни в чем не бывало. Ему захотелось при всех призвать ее к ответу, сказать ей, что ее любовник только что прислал ей письменное сообщение, но, посмотрев на Лоренца, Тордис и Розали, он понял, что это было бы непростительным эгоизмом и безответственностью — портить им такой день своими далеко недоказанными подозрениями. Ему не оставалось ничего другого, как делать хорошую мину при плохой игре.
Тобиас с трудом открыл глаза и застонал. Голова гудела, а стоило ему пошевелиться, как тошнота опять подступила к горлу. Он перегнулся через край кровати, и его вырвало в ведро, которое кто-то подставил к его постели. Блевотина воняла желчью. Он откинулся на спину и провел рукой по губам. Язык ничего не чувствовал. Карусель в его голове никак не хотела останавливаться. Что же произошло? Как
Таунус — горный массив в Центральной Германии, в федеральных землях Гессен и Рейнланд-Пфальц.
Гласкопф — одна из вершин Таунуса (687 м).
