Белоснежка и семь боссов

номер.
— А где это вы ходите? — с улыбкой спросила я, не торопясь сразу выдавать истинную причину своего интереса.
— Как где? — удивленно спросила она. — И не ходим, а сидим. У тети Вари.
Ох!
Я чуть не сказала это вслух. Сердце мое ухнуло вниз. Потому что у тети Вари — это за городом.
— А почему?
— Потому что праздники. Снежка, что с тобой такое? Мы уже дня три тебе об этом говорили, что тетя Варя пригласила в гости. Все твой компьютер, уткнешься в него: ничего не видишь, ничего не слышишь.
— Да-да, мама… Конечно, я помню, просто замоталась. Очень много работы в последнее время. Счастливо вам там погулять. Вы когда вернетесь?
— Утром, как и собирались.
— Вот и прекрасно, отдохните там хорошенько! — сказала я воодушевленным голосом, а как только положила трубку, обессиленно съехала по стенке.
Вот это здорово, вот это весело! У меня нет ни наряда для корпоратива, ни денег, но самое главное — мне даже негде ночевать. Вот это я понимаю невезение!
Я постояла, задумавшись: раз уж все так сложилось, единственное, что я могу сейчас сделать, это пойти и все-таки убрать офис. С корпоративом пролетела, не торчать же всю ночь в подъезде. А по пути как раз придумаю, где переночевать. Можно попроситься на постой к Аленке, это университетская подруга, но она живет на другом
конце города. Но — сюрприз! — у меня не осталось даже мелочи на метро. А еще желудок ощутимо пытался намекнуть на то, что в него время от времени надо хоть что-то забрасывать.
Ладно, физическая нагрузка — отличное средство от голода. Я вооружилась тряпкой и начала наводить чистоту, как-то особенно яростно. Глаза то и дело застилала слезная пелена, а за этой пеленой я видела, как красавчик босс номер семь танцует на корпоративном балу с прекрасными незнакомками в великолепных платьях.
— Да что же это такое! Я же вас сегодня отпустил, — раздался вдруг голос за спиной.
От неожиданности я вздрогнула и обернулась. На пороге стоял босс номер два и смотрел на меня удивленно.
— Вы что, плачете?
— Вовсе нет, — шмыгнула я носом.
— И что вы тут забыли в свой законный выходной? — спросил он.
— Это долгая история… — отмахнулась я, отставила в сторону швабру и взялась за тряпку.
— Ну-ка стойте, — он принял у меня из рук и то и другое и оттащил в угол. — Я обожаю ваши истории, особенные длинные. И если помните, вы задолжали мне чашку чая, так что пойдемте в кафе.
При слове «кафе» у меня в животе громко заурчало.
— Пойдемте, — сдалась я.
— Я, между прочим, ужасно голоден, — заявил он. — Так что, полагаю, вам придется составить мне компанию, и просто чашкой чая вы не отделаетесь.
Может быть, кто-то и стал бы возражать на моем месте, но этот кто-то точно не я.
15
Кормили в этом кафе вкусно, впрочем человеку, у которого с утра во рту маковой росинки не было, трудно предложить что-то такое, что покажется невкусным. Покончив с ужином, я почувствовала, что почти опьянела от еды. Интересно, такое бывает?
Да и вообще вся обстановка располагала к отдыху — к тому, чтобы забыть обо всех невзгодах и поверить в то, что жизнь не так ужасна, как кажется… Уютные диванчики, приятная музыка. Да и спутник тоже приятный. В его присутствии я чувствовала себя легко и спокойно.
Представила на минуту, что сейчас в этом же самом кафе напротив сидит кто-то другой, например, невероятный красавчик, мужчина-мечта, мой босс номер семь. Я бы не развалилась на своем месте, а сидела бы, словно аршин проглотила, и ела бы картошку фри вилкой и ножом, а не руками, и уж точно не молчала бы, а судорожно бы придумывала, что бы такое сказать остроумное, или хотя бы просто не слишком глупое. И уж точно не стала бы жаловаться на свое «разгвоздяйство». А тут выложила все спокойно как на духу: и про метро, и про корпоратив, на который ужасно хочется попасть, и про туфли с ключами и платьем…
Как только я закончила, мой спутник сказал: «Минуточку, я сейчас» и скрылся в неизвестном направлении, оставив меня наедине с чашкой горячего чая. Ну вот, кажется, я переоценила его терпение.
Он тоже не выдержал мою исповедь про тридцать три несчастья. Взгрустнув, я отпила из чашки. Ну и не надо, в конце концов он не обязан вникать в проблемы каждой уборщицы.
Но где-то в глубине души было все-таки обидно. Это ведь не я вызывалась рассказывать ему о своих печалях, он сам попросил. Мог бы хотя бы для вида посочувствовать, верно же?
Он появился через несколько минут:
— Допивайте чай и поедем.
— Куда поедем? — не поняла я.
— Как куда! В стол находок. Ну же давайте скорее, пока он не закрылся.
— И что, моя сумка там.
— Конечно, если что-то теряется