Белоснежка и семь боссов

блеском бриллиантов. Александр извинился и через несколько мгновений растворился в веселящейся толпе, а я понуро побрела к столам оценивать кухню и шампанское.
Кажется, на этом волшебный праздник для отдельно взятой Золушки закончился. Я сидела в своём углу и налегала на шампанское, отмечая только как прекрасный принц, то кружит в танце с очередной Золушкой, то общается, весело перебрасываясь шутками, с какими-то незнакомыми людьми, впрочем, что это я… В этом зале практически все люди мне не знакомы.
Очередной бокал шампанского. Какой это уже? Третий? Показал мне своё дно и я решила, что, кажется, уже вдоволь навеселилась. Праздник был великолепным, кухня тут и правда хороша, музыка восхитительная, но пора уже и честь знать.
Я выбралась из-за стола, слегка покачнулась на каблуках, но сохранила равновесие. Точно было три бокала? Не четыре? Да какая разница! Я направилась к выходу.
— Уже уходишь? — раздался сзади такой знакомый голос.
— Да, пожалуй, — сказала я, — завтра рано вставать, работа и всё такое.
— Ерунда, — сказал Александр, — считай у тебя завтра отгул.
— Да неужели, откуда такие привилегии для рядового сотрудника, к тому же еще и нового?
— А это не просто так.
Он сделал шаг, приблизившись ко мне почти вплотную. У меня перехватило дыхание.
— С тебя еще один танец.
Я рассмеялась:
— Если акция «станцуй с боссом и получили дополнительный отгул» будет постоянной, то я с радостью ею воспользуюсь еще не раз.
И снова мы закружились под музыку, только теперь музыка была прекраснее и огни стали ярче, да и сам этот вечер казался мне восхитительным. Почему-то слишком быстро этот танец слишком быстро закончился, я разочарованно выдохнула.
Вот и всё. Всё хорошее когда-то кончается. А еще вечеринку лучше покинуть чуть раньше, чем там перестанет быть весело.
— Ну, я пойду, — сказала я, когда мы остановились.
— Конечно, разве я посмел бы тебя задерживать.
Я отыскала в сумочке номерок и двинулась в сторону гардероба.
Гардеробщик перебросил шубу через стойку, но взять её я не успела, чьи-то руки подхватили ее. Я обернулась, рядом стоял Александр.
— Ты же разрешишь мне тебя проводить? — сказал он, помогая мне одеться.
17
Если бы в мире устроили конкурс на самый замечательный зимний вечер, то я точно знаю, какой должен был победить. Тот, в который температура воздуха то ли опустилась то ли прогрелась до самой приятной отметки, снежинки были самыми красивыми и пушистыми, а сумерки особо романтичными. То есть, тот самый, в который я разрешила своему седьмому начальнику проводить меня после корпоратива.
Хотя слово «разрешила», пожалуй, не совсем точно отражает мою реакцию. Хорошо, что в тот момент, когда босс подошел ко мне в гардеробе, мои ноги сделались ватными и как-то странно подкосились. Иначе я запросто могла бы сделать какую-нибудь глупость. Например, бросилась бы Александру на шею или заключила его в объятия.
На мое счастье, организм, хоть и разгоряченный шампанским и красивым танцем, среагировал как надо. И я только мило улыбнулась, когда босс накинул мне на плечи шубку.
На мое счастье, ни одного такси в округе не было, и мы долго шли рядом по пустынным улицам в поисках кого-нибудь, кто мог бы отвезти меня домой. И мне очень не хотелось, чтобы мы его нашли. Уж очень приятно было вот так вот идти и болтать.
— Признавайтесь, я не слишком усложнил вам жизнь, когда заставил вас устроиться к нам на работу? — спросил Александр, с улыбкой заглянув мне в лицо.
Он, конечно, и не подозревал, что за право носить его корреспонденцию и иногда встречаться с ним в офисе я была готова сразиться с тысячей соперниц-курьеров. Вслух я этого говорить не стала.
— Да что вы, — заверила его я. — Для меня это так, вместо зарядки, для поддержания тонуса.
— Точно? — как-то уж очень заботливо спросил он. — Если что-то вас не устраивает, смело говорите. Может, сумка с документами получается очень тяжелой? Или адресаты находятся слишком далеко друг от друга?
— Нет-нет, — замотала я головой. — Все в порядке, я справляюсь.
И тут Александр остановился и строго заглянул мне в глаза, словно пытался определить, не обманываю ли я его. В горле у меня тут же пересохло, а руки мелко задрожали. Его лицо сейчас было совсем близко от моего. Как будто он был вовсе и не начальник, а кто-то гораздо более близкий. Друг, например, или даже…
Не успела я дофантазировать, как босс весело хмыкнул, словно насмехаясь над своими моими мыслями. Неужели они все были написаны у меня на лбу? Я даже провела по нему рукой, как будто это могло бы стереть всю просочившуюся наружу информацию.