Было бы ужасно, если бы что-нибудь было, не правда ли, раз он оказался убийцей… Да еще своего собственного деверя! О нет, мосье Пуаро, пожалуйста, не покидайте нас с мыслью, что между Лин и Дэвидом существует какая-то привязанность. Наоборот, они даже ссорились каждый раз, как встречались… Я чувствую только, что… О Господи, кажется, идет мой муж! Так вы помните, мосье Пуаро, ни слова о нашей первой встрече! Мой бедный муженек так рассердится, если он подумает, что… О Лайонел, дорогой, это мосье Пуаро, который так кстати привел майора опознать убитого.
Доктор Клоуд выглядел усталым и измученным. Его глаза, светло-голубые, с крошечными зрачками, неопределенно блуждали по комнате.
— Как поживаете, мосье Пуаро? Возвращаетесь в город?
«Боже милостивый! Еще один выпроваживает меня обратно в Лондон», — подумал Пуаро.
Вслух он сказал:
— Нет, я остаюсь на день-другой в «Олене».
— В «Олене»? — Доктор Клоуд нахмурился. — Так полиция хочет, чтобы вы здесь немного побыли?
— Нет, я сам этого хочу.
— В самом деле? — Доктор вдруг взглянул быстрым острым взглядом. — Значит, вы не удовлетворены дознанием?
— Почему вы так думаете, доктор Клоуд?
— А разве не так?
Хлопоча о чае, миссис Клоуд вышла из комнаты. Доктор продолжал:
— Очевидно, вы чувствуете что-то неладное?
Пуаро был поражен.
— Странно, что вы говорите об этом. Значит, вы сами это ощущаете?
Клоуд заколебался.
— Н-нет… Скорее… возможно, это просто ощущение нереальности. В романах шантажистов всегда убивают. А как в действительной жизни: да или нет? Логический ответ — да. Но это кажется неестественным.
— Что-нибудь неубедительно с медицинской точки зрения? Я спрашиваю неофициально, конечно.
Доктор Клоуд задумчиво сказал:
— Нет, не думаю.
— Да, что-то есть. Я вижу, что-то есть.
Когда Пуаро хотел, его голос приобретал почти гипнотическую силу.
Доктор Клоуд нахмурился, а затем сказал с некоторым колебанием.
— Конечно, у меня нет опыта в уголовных делах. Во всяком случае, медицинское свидетельство не есть нечто точное и бесспорное, как думают профаны и писатели. Мы можем ошибаться — медицина может ошибаться. Что такое диагноз? Догадка, основанная на очень немногих фактах и на неясных предположениях, которые указывают не одно, а несколько решений. Я вполне уверенно произношу диагноз «корь», так как за свою жизнь видел сотни случаев кори и знаю все разнообразие ее многочисленных признаков и симптомов. Чрезвычайно редко встречается то, что учебники называют «типичный случай кори». В моей практике мне попадались странные случаи. Я видел женщину уже на операционном столе, приготовленную к удалению аппендикса, а в последнюю минуту распознали паратиф! Я видел, как ребенку с кожным заболеванием серьезный и знающий молодой врач поставил диагноз тяжелого случая авитаминоза, а пришел местный ветеринар и разъяснил матери, что у кошки глисты и что ребенок подхватил их! Доктора, как и все другие, могут быть жертвами предвзятой идеи. Вот мы видим человека, по всей вероятности, убитого, и лежащие рядом с ним каминные щипцы со следами крови. Было бы бессмысленно говорить, что его убили чем-то иным, а не щипцами. И все же, будучи совершенно незнаком с другими случаями, когда человеку проламывали голову, я предположил бы, что это сделано чем-то иным… О, я не знаю чем, но чем-то не таким гладким и круглым, с более острыми гранями… чем-то вроде кирпича.
— Но вы об этом не говорили на дознании?
— Нет, потому что я не уверен. Дженкинс, судебный врач, не сомневался в выводах, а он человек, с мнением которого считаются. Но это была предвзятая идея — оружие, лежащее рядом с телом. Может ли быть, что рана нанесена этими щипцами? Да, может быть. Но если бы вам показали только рану и спросили, чем она нанесена… Ну, я не знаю, быть может, вы не сказали бы этого вслух, так как это звучит бессмысленно, но… можно было бы предположить, что их было двое: один стукнул его кирпичом, а другой — щипцами…
Доктор остановился, с сомнением покачал головой.
— Звучит бессмысленно, да?
— А не мог он упасть на что-нибудь острое?
Доктор Клоуд покачал головой.
— Он лежал вниз лицом посреди комнаты на толстом старом ковре.
Доктор замолчал, так как вошла жена.
— А вот и Кэтти с бурдой, — сказал он после паузы.
Тетушка Кэтти несла поднос, на котором была посуда, половина хлебца и немного варенья на дне вазочки.
— Я думаю, чайник кипел, — с сомнением заметила она, поднимая крышку чайника и заглядывая в него.
Доктор Клоуд снова фыркнул, пробормотал: «Бурда!» — и вышел из комнаты.
Тетушка Кэтти сказала:
