Беременная адептка

Сдала?!
— Угу. Последний экзамен на отлично! Бер будет доволен, — киваю, хитро оглядывая родителей.
Мне все еще тяжело понять, что вот эти двое — полноценная семья, и теперь у меня есть отец. Исчезающий и появляющийся, иногда по долгу отсутствующий — но он все равно присутствует в нашей жизни, и уделяет столько времени, сколько способен.
А уж мама как цветет рядом с ним… Кажется, ее любовь с годами лишь крепла, и сейчас выплескивается на все вокруг с удвоенной силой.
— Моя умница! — сияет Лори, и осторожно обнимает меня за плечи, — я сейчас сбегаю за подарком по случае окончания…
Я не успеваю ничего сказать, как мама выскальзывает за дверь, и мы остаемся с Кайлом одни. Он смотрит с улыбкой, и протягивает мне небольшую коробку.
— Что это?
— Пригодится. Браслет на малыша против перемещений. Стащил один из правительства, чтобы вам было полегче на первых порах.
— Спасибо! — с чувством благодарю я.
Действительно страшно переживаю, как будет первое время мой маленький «попрыгунчик». Не хочется ловить его по всему свету, даже с отслеживающими устройствами…
— Я проследил, никто не знает, что у тебя в скором времени родиться «перемещающийся». Так что вам не придется расставаться с малым, и отдавать его на обучение этим козлам. Но вы должны быть осторожны — если об этом прознают, разборок не избежать. И наказания тоже.
Я серьезно киваю, потому что будущее малыша — моя больная тема. Не отдам своего ребенка никуда, и не позволю забрать на службу только родившегося мальчика. Пусть выкусят, но младшего Диеро они не получат.
И мой муж со мной в этом солидарен.
Я на секунду зажмуриваюсь, кручу кольцо на пальце, и еще раз мысленно верчу на языке слово «муж».
До сих пор поверить не могу. Хотя рожать со дня на день.
— А как же ты? — спрашиваю у Кайла, который наблюдает за мной с легкой улыбкой, — я думала, ты поможешь в воспитании внука… Научишь его, как обращаться с Даром.
С надеждой смотрю на отца, и он отводит взгляд. В последнее время Кайл выбирался к нам намного чаще, и я вдруг поняла, что хочу для сына полную семью. У меня никогда никого не было кроме мамы, и желание собрать вокруг нового человека всех близких становилось навязчивым желанием.
— Кайли, у меня служба. Сейчас ничего важного на горизонте нет, и я большую часть времени свободен. Но что будет дальше… Пойми, такие, как я, завербованы на всю жизнь. Именно поэтому не хочу, чтобы моего внука постигла та же судьба.
Он сжимает кулаки, и через зубы выдыхает.
— То же самое я сказала Лори. Знаешь, что ответила твоя мать?
Догадываюсь, с ее-то влюбленностью. Но все равно отрицательно мотаю головой.
— Она сказала, что это — лучшее из всего, на что она вообще рассчитывала. Быть со мной, когда я свободен — лучшее для этой женщины, Кайли! Ума не приложу, что она нашла во всем этом…
Я легонько пожимаю плечами, потому что сама не знаю. Любить так, как моя мама — больше всего на свете… Смогла бы я так? У меня не было ответа на этот вопрос.
И все же ее ответ был логичен, исходя из всего, что я знала.
— Все, что я могу обещать вам обеим, — продолжает Кайл с болью в голосе, — это быть рядом так часто, как позволит служба. И еще кое-что…
Он на минуту задумывается, и затем медленно продолжает:
— Ты так и не спросила про показания бабки Милары… Я читал в отчете, что именно она говорила. Твой муж скрыл эти показания, чтоб не замешивать меня в вашу историю, но ты-то наверняка все знаешь.
— Да. Знаю…
— И почему ты молчала? Не интересно, убийца твой отец или нет?
Я присаживаюсь на койку, и Кайл садится рядом. Ближе, чем обычно. И во мне ничего не протестует против этого.
— Сперва я боялась того, что могу услышать. Потом решила, что при случае спрошу. Случай не представлялся, а учеба, свадьба и беременность постепенно вытеснили эти мысли из голов. В конце концов я решила, что мне это неважно.
Я замолкаю, пытаясь сформулировать правильно. Тот комок мыслей в своей голове я сама порой не могу распутать, а Бера нет рядом, чтоб помочь в этом.
— Понимаешь, это ведь было так давно, верно? Я сама меняюсь с каждым месяцем, да что там, с каждым днем думаю по-другому. А с той пьянки прошло двадцать лет… Если ты и был виновен, то сейчас передо мной совершенно другой человек. И винить тебя за то, что было тогда… В общем, это уж точно делать не мне. И никому, кроме тебя самого.
Я снова пожимаю плечами, и Кайл осторожно берет меня за руку.
— Прав твой Бер, — улыбается он, — умнеешь быстрее нас всех. Повезло ему… Хотя мне повезло не меньше.
Он смотрит в окно, и я смотрю туда же. Мне приятно сидеть с отцом вот так, в тишине, и размышлять о чем-то важном. А винить и горевать совсем