Беременная без прошлого

творится хаос. На работе удалось немного отвлечься от удручающей мысли, что я живу за кого-то другого, но теперь накатывает новой волной. Появляется ощущение чуждости к самой себе. Я не знаю, смогу ли вспомнить то, что случилось за те пять лет? Доктор сказал, что память может вернуться быстро, а может, и никогда. Так уж устроен мозг. И если за месяц не было никаких сдвигов, то и сейчас стоит ли ждать, что всё встанет на свои места? А если и встанет, то понравится ли мне то, что я вспомню?
Перед глазами появляется взгляд Романа Валентиновича, и негромкий писк слетает с моих губ.
Кто же он такой?
Он ведь явно дал понять, что в прошлом мы знали друг друга…
Вернувшись домой, я принимаю душ. Подумываю о том, что следует позвонить маме, но как-то не хочется, чтобы на меня продолжилось её давление. Она непременно начнёт отчитывать меня и говорить, что я безрассудная дочь. Достаточно будет того, что Костя отчитается перед ней, что привёз меня домой, и я не планирую отступать от своей идеи возвращения к полноценной жизни.
Я надеваю халат и выхожу в коридор.
Костя стоит на кухне около окна и держит в руке бокал вина. Он переводит взгляд на меня и улыбается, а я не могу выдавить ответную улыбку ему в ответ.
— День сегодня был трудный… Бухгалтерию нужно было перепроверить, — говорит он, словно пытается оправдаться, и я просто киваю в ответ.
Муж ставит бокал на подоконник и подходит ко мне. Он осторожно кладёт ладони мне на предплечья и склоняется, чтобы поцеловать, а внутри меня появляется желание стряхнуть его руки, избавиться от чего-то лишнего.
Я отворачиваюсь, не позволяя нашим губам слиться, и слышу, как муж стискивает зубы до появления негромкого скрежета.
— Не надо… Я устала и хочу спать.
— Как скажешь! — глухо отвечает Костя и отпускает меня.
От него разит алкоголем, и я хочу поскорее укутаться в одеяло и уснуть, чтобы выбросить из головы дурные мысли, которые заполняют её, как назойливые мухи.
Почему я так реагирую на собственного мужа?
И почему думаю о том, какие на вкус губы Романа Валентиновича?

Ледяной холод скользит по коже. Я иду сквозь туман, который становится всё гуще и гуще. Не знаю, в какую сторону следует двигаться и просто иду вперёд. Я слышу чьи-то шаги и озираюсь по сторонам, но через плотную туманную дымку невозможно разглядеть что-то. Внезапно туман рассеивается, и я вижу её… Женщину, которая шла впереди. Она оборачивается, и я застываю, вглядываясь в очертания её лица.
Да не может этого быть!
Это бред какой-то!
— Ты украла мою жизнь! — голос, полный ненависти и отчаяния режет по ушам, я смотрю на свою копию и ничего не могу понять.
— Кто ты такая? — осторожно спрашиваю, а она чуть склоняет голову набок и кривит губы в подобии улыбки.
— Я это ты! Разве не узнаёшь? Если быть точнее: ты это я. Ты похитила мою жизнь, и я уничтожу тебя!
Она резко сокращает дистанцию, разделявшую нас до этого, словно обладает какой-то суперскоростью, и хватает меня за горло. Ледяные пальцы почти рвут тонкую кожу, и я пытаюсь избавиться от них, но ничего не получается. Она сильнее меня. И она зла. Словно я на самом деле заняла её место, оставив её бродить в этом непроглядном тумане, который охватывает нас и снова начинает сгущаться.
Хрип слетает с губ, когда я открываю глаза. Капли пота стекают по лбу. Я смотрю на мужа, мирно спящего рядом, а руки поднимаются и трогают шею. Кожа болит, словно меня на самом деле пытались задушить. Даже глотать больно немного. Во рту всё пересохло. Я смотрю на часы, стоящие на тумбочке. Я точно знаю, что эти часы с подсветкой мне подарил Костя. Но откуда мне это известно, если я не помнила ничего, связывающего нас?
Смотрю на время. Ещё целый час можно было спать до работы, но теперь от желания спать не остаётся и следа. Потихонечку я опускаю ноги с кровати и на цыпочках выхожу из комнаты. Стараюсь не разбудить Костю, потому что хочу побыть наедине с собой.
Оказавшись на кухне, я запираю за собой дверь, приближаюсь к окну и открываю его. Свежий воздух позволяет быстро прийти в себя. Не полностью, конечно, но руки перестают трястись, а ноги теперь стойко удерживают меня и не подкашиваются.
Это был всего лишь сон, но такой реальный. Я снова трогаю подушечками пальцев шею, и мне кажется, что кожа до сих пор горит. Словно всё случилось взаправду.
Кем же я стала за эти пять лет?
Мне вдруг начинает казаться, что ничего хорошего в моей жизни не происходило. Может быть, именно по этой причине Костя боится, что я верну свои воспоминания и снова стану той ужасной женщиной из своего сна? Я хорошо видела, как он смотрел