Беременная от его отца

вас?
— Так надо, — тихо проговорила я и отвернулась от Кирилла. — Это наше обоюдное решение. К тому же я уже собрала вещи.
— Тебе в твоём положении сейчас ни к чему эти переезды. Меня дома почти не бывает. Вы правда хорошо подумали? В чем причина? — в голосе Кирилла появились требовательные нотки .
— Я не могу оставаться жить в вашем доме. Пробовала, но не могу. Мне тяжело. И вы понимаете почему. Так будет лучше для всех. Мне будет спокойней на на квартире. Отдельно от вас и вашей опеки.
Несколько секунд Кирилл сканировал меня тяжелым взглядом, а потом коротко кивнул.
— Скинь мне реквизиты для оплаты. С Сашей я сам поговорю, — он развернулся и направился к лестнице.
Поднялся наверх, а через пять минут спутился, держа в руках чёрную папку. Он скрылся за выходными дверями, а я опустилась на стул, смахивая слезы. Все я делала правильно. Нельзя нам было жить вместе. Он еще потом мне спасибо обязательно скажет. Но почему же так больно?

Яна
Я битый час расхаживала по комнате, не в силах заставить себя успокоиться и сесть. Часы показывали начало одиннадцатого вечера, на столе остывала индейка, которую я торопливо готовила в расчете на то, что Саша, как и обещал, приедет домой пораньше. Я не меньше десяти раз набирала его номер, но всякий раз он был недоступен. От противоречивых мыслей и предчувствий меня стало трясти. Вдруг он попал в аварию? Вдруг разбил телефон? А что если он у той девушки, Софьи? Вдруг все это время, что я мучаюсь угрызениями совести за тот поцелуй с Кириллом, Саша мне изменяет?
А еще меня съедало беспокойство за то, что Саша снова увлекся азартными играми. Успокаивало лишь то, что деньги из шкатулки он вернул, сказав, что ему срочно потребовалась крупная сумма для рабочих нужд, а ждать одобрения бухгалтерии было долго. Я не хотела обижать его подозрениями, а потому и распросами донимать не стала. Мы ведь только съехались, а недавно даже ездили вместе в детский магазин присматривать коляску для будущего малыша. К чему пытаться строить отношения, если я не буду ему доверять?
Я присела на диван, руку по привычке положила на растущий живот, чтобы малыш не волновался вместе со мной. Кто бы успокоил меня. Сашин рабочий день заканчивается в шесть вечера. За четыре часа могло все что угодно случиться.
Я злилась на себя за то, что не догадалась записать телефон Назара и Макара — его друзей. Они наверняка в курсе, где он. Может быть, они вместе пошли в бар после работы? Сегодня все же пятница. Неужели Саша мне не доверяет и думает, что я была бы против его развлечений? Я ведь понимаю, что ему непросто подстраиваться под мой «беременный» режим. С момента нашего переезда прошел уже месяц, а я с каждым днем становлюсь все более вялой. Веселиться меня тянуло все меньше — чаще хотелось спать.
Вот и сейчас веки были тяжелыми, но сна при этом ни в одном глазу. Да и как тут уснуть, зная, что Сашу неизвестно где носит.
Когда часы показали половину одиннадцатого, я, обезумев от волнения, решила набрать Кириллу, хотя дала себе слово никогда этого не делать. Он наверняка должен знать людей, с которыми может проводить время его сын.
Расстояние не мешало мне вспоминать об отце Саши. Пару раз он мне даже снился, и мы целовались. Я списывала это на гормоны. От них все вверх дном.
Я слушала гудки и сжимала трубку от отчаяния. Мне было одновременно страшно услышать его голос, но я понимала, что сейчас Кирилл мой единственный шанс не сойти с ума от неизвестности. К тому же, он умел удивительное свойство меня успокаивать.
Гудки сменяли друг друга, но трубку Кирилл не брал. Я бросила телефон на кровать, обняла себя руками. Он на меня обижен? Не желает разговаривать? Я вспомнила его прощальный взгляд и съежилась сильнее. Так меня жизнь наказывает за ложь?
Кирилл не перезвонил мне и через время, поэтому я сделала то, чего и вовсе не хотела. Набрала номер Инги Владимировны. Она отвратительно себя вела со мной на свой день рождения, но сейчас ведь речь идет не обо мне.
— Слушаю, Яна, — ее голос сочился язвительностью. — Чем обязана твоему звонку в столь поздний час?
— Инга Владимировна, у меня к вам есть просьба. Саши долго нет. Обещал вернуться после работы, а теперь его номер недоступен. Я места себе не нахожу. Не могли бы вы дать мне телефон кого-то из его друзей? Может быть, они знают.
В трубке повисла пауза, после чего мать Саши назидательно изрекла:
— Я сама найду своего сына. Нечего панику разводить. Бизнес дело такое. Бывают форс-мажоры.
И повесила трубку.

Кирилл
Самолет из Вены с шумом соприкоснулся со взлетной полосой родного Шереметьево. Я поймал кокетливый взгляд молоденькой