Беременная от его отца

обязывающие отношения, но им наступил конец. На два фронта играть не в моих правилах.
— Лен, между нами все кончено. Помнишь?
Лена коротко всхлипнула, пытаясь сдержать накатившие слёзы.
— Помню, Кирилл. Тем не менее, мои чувства к тебе никуда не делись. Ты сейчас… с ней?
— Это имеет какое-то значение?
— Ты говорил, что не собираешься в сорок с хвостиком строить серьезных отношений.
— Говорил, — тяжело вздохнул. – Но не зарекался.
Лена опустила ладони на мои плечи, в ее глазах блестели слезы. Это были последние отчаянные попытки меня удержать. Безнадёжные попытки я бы сказал.
— Перестань, Лен. Ты красивая женщина и обязательно встретишь того самого мужчину.
Она ничего не ответила, лишь горько усмехнулась, и отвернулась от меня.
В дверном проёме показалась светлая, взъерошенная голова сына. Саша плотно поджал губы и прошел на кухню в одних брюках.
— Ты везде я смотрю успеваешь, — произнес, глядя на нас с Леной. — Яне ребенка сделал, по утрам к любовнице.
— Ребенка? — удивленно выдохнула она. — Разве…
— Собрал свои шмотки и мигом на выход, — процедил я ледяным тоном.
Лена переводила свой ошеломленный взгляд то на меня, то на Сашу. Но ни перед кем отчитываться я не собирался. Вчера я потратил три часа, чтобы найти сына. Его телефон не отвечал, а дружки понятия не имели, куда он делся.
— Да, — он заметил с каким удивлением Лена хлопала своими длинными ресницами. — На старости лет папа решил, что мне нужен младший братик. Только в мамы для него выбрал мою любимую девушку, — Саша скривил лицо, взял из холодильника минеральную воду и, сделав несколько глотков, вышел из кухни.
Появился спустя минуту в дверном проеме в чёрной толстовке и кепке, пока Лена выглядела так, словно ей дали прожевать кислый лимон.
— Я готов. Отвези меня домой.
— Спускайся к машине. Сейчас приду, — ответил ему.
— То есть вот так, да Кирилл? Ей ребенка, а мне отставку?
— Наши отношения с самого начала были построены на сексе, Лена, — устало выдохнул я, не понимая, что она хотела мне сейчас предъявить.
Ее фантазии о будущем с моими всегда шли вразрез. О семье я не заговаривал с ней. И сам об этом не думал до недавнего времени.
Попрощался с Леной, еще раз поблагодарил её за звонок, и вышел из квартиры.
— Пристегнись, — произнёс сыну, забираясь на водительское место.
В салоне разило перегаром. Кажется, Саша вчера здорово перебрал. Разогнал скорость на максимальную, бросив взгляд на каменное лицо сына.
— Чтобы ты не думал, я не желаю тебе зла, — коротко взглянул в его сторону.
Он злобно усмехнулся, заёрзав на кожаном сидении.
— Не желаешь, но спишь с той, кого я любил.
— Саша…
— Закроем тему, ладно? Мне и так фигово после вчерашнего.

Кирилл
Я сбавил скорость и мельком посмотрел в сторону сына. Он делал вид, что меня в машине нет.
— Саша, как бы неприятно было все это сейчас слышать, но я принял решение остаться с Яной.
— Ты меня не слышишь? — зло огрызнулся он в ответ. — Я не хочу об этом знать! Чего ты ждешь от меня? Чтобы я принял твоего нового ребенка? Ходил с ним по воскресеньям гулять, пока ты будешь работать над появлением еще одного? Настоящие отцы поддерживают своих детей, а не поступают так, как сделал ты…
Я крепко сжал руками руль.
— Послушай меня, сын, — мне потребовалось собрать всю волю в кулак, чтобы произнести следующие слова ровным и спокойным голосом. — Ваши отношения с Яной зашли в тупик не из-за меня. Ты оглянись вокруг! Тебе никто не делает зла! Это ты зависишь от игр и спиртного, совершаешь ошибку за ошибкой и ждешь, что все проблемы исчезнут сами собой. Ее похитили из-за твоих проблем, могли серьезно навредить ей и ребенку. Если бы я тогда не вмешался, не подключил Сергея, страшно представить чем бы все закончилось! У всех в молодости бывают ошибки. Я уверен, что впереди у тебя блестящее будущее, но нужно собраться с духом. Ты мне не безразличен, Саша. Да, меня не было часто рядом, я много работал. Но ты мой сын, и всегда им будешь. В том, что у вас с Яной ничего не получилось, моей вины нет. Как и в том, что у нас с ней возникли чувства друг к другу. Яне с Гришей нужна поддержка и спокойствие. Ты не можешь этого им дать. Разве к близким людям, которых любят, так относятся?
— Меня не трогает твоя исповедь! Я всегда хорошо относился к Яне, пока она водила меня, как осла за нос. Вы оба водили!
— У всякого терпения есть границы, Саша. И мои ты вот-вот нарушишь, — угрожающе произнес я и строго на него посмотрел.
Саша отвернулся к окну, его грудь часто вздымалась и опускалась. У меня сердце разрывалось на части, потому что я прекрасно понимал все, что