Беременная от моего сына

Настя.
— Вы пересчитайте, вдруг там не вся сумма? — кажется, что рыжую ничуть не смущает снег, который с каждой секундой начинает валить всё сильнее и сильнее, опадая на её волосы и футболку.
— Где сама Настя?
Меня совершенно не интересует конверт, который подруга девушки пихнула мне в руки. Это конечно все очень мило и честно, но я не давал ей деньги в долг и, хотя бы поэтому, я хочу вновь увидеть Настю, чтобы расставить всё на свои места и прояснить некоторые моменты.
— Она ушла домой. Короткая смена, — пожимает плечами посланница, опустив глаза в пол.
— А точнее сбежала, да? — ухмыляюсь я.
Дверь из ресторана вновь открывается и на этот раз на пороге показывается новая владелица «Волны» — Олеся Протасова. Она открывает рот, чтобы как следует крикнуть на работницу, набирает в легкие побольше воздуха, но потом щурит глаза и расплывается в довольной улыбке. Толкает дверь от себя, выходит на улицу, накинув на себя норковую шубку и направляется в нашу сторону.
— Артур! Безумно рада тебя видеть, — произносит Олеся, расправляя свои волосы по плечам. — Заходи к нам в гости — ужин за счет заведения.
— Спасибо, Олеся, я сегодня уже заглядывал к вам.
— Правда!? Ох, жаль, что я тебя не увидела! Аня, а ты почему всё ещё здесь? — проговаривает негромким голосом Олеся, продолжая мне улыбаться. — Ну-ка, марш на рабочее место!
— Уже иду, — кивает рыжая и начинает подниматься по ступенькам вверх.
— Стоять! — выкрикиваю девушке вслед. — Номер квартиры. Скажи мне номер квартиры Насти.
В истории навигатора у меня сохранился адрес — осталось только узнать более точное местоположение и поехать к ней лично. Честно говоря, вся эта ситуация попахивает детским садом, а бегать за девушками я не привык. Но так уж складываются обстоятельства, что человек, которого Настя носит в своём животе мне не чужой, и только поэтому, так и быть, сегодня я немного побегаю.
— Так… что насчёт ужина? — Олеся накручивает на указательный палец прядь своих волос и выжидающе смотрит на меня. — Я бы составила тебе компанию.
— Прости, сейчас немного занят. Давай в следующий раз?
Я торопливо направляюсь в сторону автомобиля.
— Точно? Смотри, Артур, ты пообещал! — произносит Олеся мне в спину, прежде чем я дергаю за ручку двери и забираюсь в салон автомобиля.
От ресторана до дома, который снимает Настя ехать не меньше двух часов. Я то и дело встаю в затяжную пробку, матерюсь про себя, но понимаю, что это бесполезно. У хрущевского дома, где был буквально вчера, останавливаюсь, когда на часах почти девять вечера. Выбираюсь из автомобиля, радуюсь тому, что домофон здесь сломан, поэтому я беспрепятственно прохожу в пропахший кошачьей мочой и сигаретами подъезд.
Квартира номер девяносто восемь находится на пятом этаже из пяти. Простая деревянная дверь, обшитая дермантином, старый половик, древний звонок, на который я долго и настойчиво жму, пока мне не открывают. На пороге показывается тучная беременная девушка, которая точно также, как и Настя, держится за свой объемный живот ладонью.
— Вам кого? — спрашивает недружелюбно и нахмурив при этом густые брови.
— Настя у себя?
— А, Морозова? Да, у себя. Проходите, — чуть оттаивает девушка.
Она не спрашивает, кто я такой и по какому поводу пришел. Немного сторонится, пропуская меня в квартиру и захлопывает следом дверь. Внутри пахнет котлетами и ягодным пирогом, ремонт квартиры совсем простой, оставшийся в наследство из советского союза. Я снимаю с себя ботинки и шагаю по втоптанному ковру туда, куда указывает мне рукой тучная девушка. По дороге несколько раз натыкаюсь на таких же беременных. Они разные, но их, кажется, здесь целая община и от этой новости идёт кругом голова.
Комната Насти самая последняя. Я настойчиво стучу в дверь и после тихого: «Войдите», прохожу в крошечное помещение. Полотки здесь низкие, мебель — старая, как и всё, что находится в этой квартире. А по центру комнаты висит перегородка из темной цветастой простыни. Кажется, что девушка делит комнату напополам со своей беременной подругой.
— Что… что Вы здесь делаете? — Настя поднимается со своей кровати и отбрасывает плед в сторону.
Кажется, она спала, а я её разбудил. Глаза чуть припухшие, а на щеке остался едва заметный след от подушки. Одета в простой хлопковый халат, который сильно натянут в области живота. Светлые прямые волосы рассыпаны по плечам, а на лице по привычке ни грамма косметики.
— Мы так и не поговорили, Настя, — усмехаюсь в ответ.
Лицо девушки покрывается заметным румянцем, а зелёные глаза бегают из стороны в сторону.
— Нам не о чем говорить, — произносит она, гордо вскинув подбородок.