Берсерк. Подмена

Чарес сегодня устал как никогда, он даже на войне так не выкладывался как сегодня. Его найдёныш оказался способным учеником, всё схватывал на лету, но не останавливался на этом, а старался, придумать что-то своё, если показанные приёмы не достигали цели или просто не получались. Чарес только за сегодняшний день приобрёл около десятка синяков, некоторые из них даже ещё вечером продолжали болеть.
— Ему в руки настоящее оружие давать нельзя, его же потом только небольшой армией успокоить можно будет, — подумал Чарес, перед тем как отправиться спать. Он уставал так же сильно, как и Эрит, только свою усталость никому не показывал, вечером на кровать не ложился, а падал, лишившись сил. Утром, правда, у него было небольшое преимущество перед учеником, мышцы были привычные к нагрузкам и не так болели как у молодого парня. Собравшись идти спать, он подумал, что надо бы наведаться к Новару, так как уже пару дней с ним не разговаривал, некогда было.
— Ну, наконец-то, чего не заходил? Я, между прочим, ждал! — Новар как всегда сидел за столом, что-то подсчитывая и планируя.
— Некогда было, — Чарес прошёл и не сел, а упал в кресло, стоявшее у окна. — Я его боюсь Новар, честное слово боюсь. Если его разозлить, он звереет и уже не остановится, пока тебя в землю не вобьёт по самую макушку.
— Как же он тогда останавливается, если ты жив до сих пор?
— Сам не понимаю, видимо понимает что я не враг, поэтому и не добивает, ох, — Чарес схватился за бок. — На завтра я отменю занятия с ним, нам обоим нужно восстановиться.
— И всё-таки скажи мне, кто он? — Новар вернулся к главному, волнующему его сейчас вопросу.
— Ты опять за своё? Эрит это и давай, больше не будем возвращаться к этому вопросу. Да, чуть не забыл, он говорить стал лучше, видимо речь восстанавливается.
— Ещё что-то заметил?
— Когда мне замечать-то? Он же меня по всему двору гоняет, того и гляди скоро на крышу загонит. Мужики уже ржут как кони. Надо ему какое-нибудь другое оружие дать, чтобы он не такой резвый стал. Может ему боевой молот дать? Хотя нет, он с ним замок разрушить может. Ладно, придумаю что-нибудь, сейчас пойду, устал я что-то, — не дожидаясь ответа Новара, Чарес встал, охая и ахая, и ушёл, не попрощавшись, чего раньше никогда не было.
— Эрит просыпайся, я завтрак принесла! — голос Кельны выдернул меня из плена Морфея. — Вставай!
— Не могу.
— Почему?
— Болит всё.
— А ты чего ожидал после вчерашнего? Я Чареса таким уставшим ещё ни разу не видела, еле ноги переставляет. Велел передать, что на сегодня он тебя освобождает от занятий. Вставай, я мазь принесла, синяки смазать надо, так они быстрее сойдут.
Я кое-как встал и принялся, раздеваться. Глядя на мои потуги, Кельна решила, помочь и, сняв с меня рубашку, ахнула.
— За что же он тебя так отделал-то? Ты же весь синий!
— Надеюсь, он тоже, — я злорадно улыбнулся, вспомнив, сколько раз ему вчера от меня досталось.
— Вы с ним как дети малые, доказать друг другу пытаетесь кто сильнее. Штаны сам снимешь или помочь?
— Помочь, — штаны я бы сейчас сам не снял при всём желании, тело вообще не гнулось.
— Боже мой! Ты и здесь весь синий! А что если бы он нечаянно между ног ударил? Кто потом род Волар продолжит?
— Не, не попадёт, я это место хорошо оберегаю, — ответил я и улыбнулся. Люди здесь говорили то, что думали, не стесняясь и на любые темы, это меня вначале немного смущало, но я быстро привык. Кельна толстым слоем мази покрыла практически всё моё тело и попросила некоторое время постоять, чтобы она успела впитаться в кожу. Сегодня мои кальсоны обрезали, став на несколько десятков сантиметров короче, они превратились в привычные для меня трусы. По-другому, без обрезания кальсон намазать всего меня мазью не получалось, а снять их совсем, я не разрешил, не настолько болен, чтобы стыд потерять.
Мазь впиталась и подействовала быстро, боль почти прошла, вернув моему телу гибкость, не в полном объеме, конечно, но достаточном, чтобы я смог самостоятельно одеться.
— Если уж я на сегодня получил выходной, проведу его с пользой для дела, — подумал я и занялся самообучением. Большое количество новых слов нужно было восстановить в памяти, выучить их и проговорить. Я сейчас уже много слов знал, в основном простых, их и использовал для общения, но этого было явно недостаточно для полноценного разговора. Сейчас я больше слушал, что и как говорят, но ведь мне скоро предстоит заниматься делами баронства, и способность внятно изъясняться, будет просто необходима.
Выделенный мне на отдых день, не сильно-то мне и помог. К утру синяки после мази частично уменьшились, но всё тело снова болело почти так же, как вчера. Слабость показывать