В нашем мире всегда были люди, а недавно появились и маги. Никто не знает – откуда, они просто однажды появились и навсегда изменили наш мир. А в семьях простых людей время от времени стали рождаться дети-маги. И как только их дар просыпался – их навсегда забирали у родителей, помещая в специальную школу. Когда проснулся мой дар, мама не захотела меня отдавать.
Авторы: Чекменёва Оксана
чтобы я не видела.
Выйдя на веранду, подхватила телекинезом три вазона с комнатными розами, а грунтовые оставила на потом, отдам тому, кто захочет, не стоит их заранее из земли доставать. И, с двумя горшками подмышками и с тремя, плывущими за мной, словно утята за мамой-уткой, направилась в сторону площадки. Где моих цветочков ждали новые хозяева, а меня — допрос с пристрастием.
День тринадцатый. Пятница
Ростислав оказался прав — близняшки собрали максимально возможную аудиторию. Девять девушек, живущих в будни в посёлке, плюс старшие дети — все с интересом слушали их рассказ о моём путешествии, а рассказчиками Алиса с Олесей оказались замечательными, я аж сама заслушалась историями о своих приключениях, такими, например, как укрощением «бурной таёжной реки». Да, действительность была слегка приукрашена, но в целом рассказчицы придерживались фактов, и я не стала их поправлять, а дала закончить рассказ моим триумфальным появлением на ручках у правителя.
После этого я вошла на площадку и тут же почувствовала себя как минимум Юрием Гагариным, вернувшимся из первого полёта. Мною восхищались, словно героиней, преодолевшей тяжелейшие испытания и спасшейся, как минимум, от смертельной опасности. Кажется, до моего прихода близняшки понагнетали чуть больше, чем я думала, или же сами юные магини были настолько домашними девочками, что «попасть в тайгу» для них было почти равносильно «попасть на Марс без скафандра». Мне даже неловко стало.
К счастью, мои цветы быстро заметили, переключились на них и моментально разобрали, и те, что в горшках, и те, что в земле, последние — заочно. Маша, заметив моё удивление подобным энтузиазмом — участки возле коттеджей отсутствием растений не страдали, наоборот, радовали глаз разноцветными клумбами, по крайней мере те, мимо которых я проходила,- пояснила, что цветок от мага растений, это абсолютная гарантия качества. И в каком-то смысле брэнд, ведь нас, магов растений, по пальцам можно сосчитать.
— А примула? — тихонько спросила у меня Олеся, поняв, что даже заочную хозяйку я этому цветку не искала.
— Я её для вас приберегла,- так же негромко ответила девочке, вызвав радостные вопли и прыжки обеих сестёр.
Раздав горшки с цветами и пообещав в течение дня разнести розовые кусты новым хозяйкам и лично приживить каждый на новом месте, я собралась обратно. Большинство девушек остались на площадке — было время прогулки,- но Рита Барсова, та, что с розовым куэльдом, спросила, нельзя ли посадить ей розу прямо сейчас. Её сынишка был ещё совсем крохой и спал в коляске, поэтому находиться на площадке во время прогулки ей было совершенно не обязательно.
Близняшки остались играть с подружками, а мы пошли к нам домой. Дорогой Рита рассказала, что её муж Артём по первому, а значит, самому сильному дару — маг воды и работает в команде, которая следит, чтобы не было засух и наводнений или каких-то других катаклизмов, связанных с водой. И самая напряжённая работа у них весной и в конце лета, а сейчас затишек, и он часто бывает дома. Как я поняла из её рассказа, эта команда, по сути, словно пожарники или аварийщики, у них нет нормированного рабочего дня, их вызывают, когда появляется проблема, и они работают, пока её не устранят.
Рассказала Рита и о сынишке Денисе, которому вот-вот должно было исполниться три месяца. И хотя она буквально светилась, говоря о муже и сыне, и было видно, что она их очень любит, но заваливать меня подробностями того, как её малыш ест, спит, зевает и какает, Рита не стала. Было видно, что мать она любящая, но вполне адекватная.
А по пути к её дому мы вообще разговаривали о растениях. Я открыла «секрет», почему растения под моим присмотром не болеют. Всё просто — я приказывала им не болеть, стать невосприимчивыми к разным цветочным или овощным вирусам и прочим болячкам. В самих этих болезнях я ничего не понимала, знала названия и признаки некоторых, не более, потому и хотела учиться. Наверное, моё «лечение» было сродни дару Людмилы, просто направленное не на людей, а на растения. Я пообещала Рите, что конкретно эта, выбранная ею розочка болеть не будет никогда.
Дом Риты находился на соседней улице, и мимо него мне прежде проходить не доводилось, иначе я бы его запомнила. В посёлки все дома и участки оформлялись профессиональным дизайнером, но Ритин двор отличался от остальных. Он выглядел каким-то удивительным, сказочно-игрушечным, что ли. Никаких строгих линий, прямых углов, симметрии, всё плавное, изящное и удивительно красивое.
Единственное, что слегка нарушало гармонию —
