В нашем мире всегда были люди, а недавно появились и маги. Никто не знает – откуда, они просто однажды появились и навсегда изменили наш мир. А в семьях простых людей время от времени стали рождаться дети-маги. И как только их дар просыпался – их навсегда забирали у родителей, помещая в специальную школу. Когда проснулся мой дар, мама не захотела меня отдавать.
Авторы: Чекменёва Оксана
вот так же со всем полем?
— Со всем? — я оглядела много-много кустиков, немного испугалась — столько я ещё не феячила. Но я же фея, а значит, я всё могу.- Сейчас сделаю.
И мысленно попросила ближайшие кустики вырастить большие-большие клубни. И много. По двенадцать каждый!
Вскоре ближайшие кустики высохли, и дядя Коля кинулся копать, приговаривая:
— Какая же ты молодей! Чудо, а не девочка! Просто чудо!
А я продолжала выращивать картошку дальше, и дальше. Вот уже половина поля сухая. Я почувствовала, что почему-то устала, словно весь день бегала с братьями и сёстрами в догонялки. Стоять стало тяжело, и я села, но продолжала просить кустики растить клубни.
Сухих кустов становилось всё больше, осталось уже совсем немного. Под носом стало мокро. Вытерла рукавом, увидела на нём что-то красное. Ой, да это же кровь! Теперь мама точно заметит и будет ругаться. Ладно, мне нужно ещё немного постараться — и готово. Я же фея! Я всё смогу!
Дождалась, когда, наконец, все кустики высохли, и легла на землю. Я только немножко посплю и всё. Совсем чуть-чуть.
Проснулась в своей кроватке, в нашей с Серёжей комнате. Очень хотелось есть и пить, и ещё сильнее — на горшок. Взяла Серёжин, а то до туалета идти далеко, на первый этаж, не успею.
Теперь — пить.
Спустившись по лестнице, услышала мамин голос. Ой, сейчас мне за сопли на рукаве попадёт! Лучше я тихонечко на кухню прокрадусь, чтобы она пока не знала, что я проснулась. Я на цыпочках кралась по коридору мимо зала, и тут услышала:
— Дядь Миша, ты как хочешь, но я везу Вику в больницу! Она уже почти сутки не просыпается. Я боюсь за неё.
— И что ты им скажешь? Что у твоего ребёнка магическое истощение? Да у тебя её заберут — глазом моргнуть не успеешь?
Как — заберут? Меня? У мамы? Не хочу чтобы меня забирали, не хочуууу!
Заревела в голос. Тут же оказалась на руках у мамы, которая крепко обнимала меня, целовала, в зарёванное лицо, в волосы, везде.
— Не хочу, чтобы меня забирали! Мама, не отдавай меня, не отдавай.
— Нет-нет, доченька, не отдам, ну что ты, что ты, успокойся. Я никогда и никому тебя не отдам, ты моя девочка, моя! И никто у меня тебя не заберёт. Ты мне веришь?
— Верю,- потёрла рукой нос, вспомнила про испачканный рукав, подумала — вот сейчас попадёт.
Но нет, про это и не вспомнил никто. Меня всю зацеловали, потом накормили и напоили — и я сидела у мамы на коленях, как Серёжа. А мама прижимала меня к себе и повторяла, что никому и никогда меня не отдаст.
— Мам, а что такое магинское исто… исто… вот это, про что деда Миша говорил?
— Магическое истощение? Это значит, что твои волшебные силы закончились. Ты сделала слишком много сразу, этого нельзя было делать, и потому сил у тебя не осталось.
— Кончились? Насовсем? Я больше не фея?
— Фея. Ты моя маленькая фея. Просто очень-очень уставшая. И тебе нужно снова набраться сил. А для этого — пока не играть с ягодками и другими растениями. Хорошо?
— Ла-адно… А потом я снова смогу? Ну, потом, когда фейских сил снова наберусь?
— Потом обязательно сможешь. Но никогда больше не делай ничего через силу. Пообещай мне, Вика! Никогда-никогда. Кто бы тебя ни просил. Как бы тебе самой не захотелось что-то сделать. Если устала — сразу прекращай, сразу! Обещаешь?
— Ладно,- мне и самой не понравилось, что я так устала и уснула прямо на земле. И кровь из носа — тоже плохо.
— Всё распродали! — в дом ввалился довольный дядя Коля.- Остальные в городе остались, в магазины заглянуть хотят, а я скорее сюда, вот, подарочек любимой племяшке привёз.
И он протянул мне коробку с куклой в костюме феи.
— Николай, и у тебя хватает совести…- зашипела мама, пока я открывала коробку и вынимала куклу.
— Даш, не шуми,- дядя Коля увёл маму к окну и зашипел в ответ, но я всё слышала.- Думаешь, сам не понимаю, что дурака свалял? Увлёкся, да. Сглупил. Но ты представляешь, сколько сейчас молодая картошка стоит? Не привозная, наша. Да у нас её с руками оторвали.
— Не смей больше мою дочь использовать! Не смей! Ей шесть лет всего, она ребёнок! А ты! Дурак здоровый! Пятый десяток разменял, а ума не нажил. А если бы с Викой что похуже случилось? Да я б тебя сама, своими руками…
— Даш, Даш, успокойся! Что ж я, чудовище какое? Викулька вон как ловко со своими ягодами управляется, я ж и подумать не мог… Ну, прости!
— Не у меня прощения проси. Это ещё Павел не знает, приедет — он тебе за дочь…
Сверху раздался зов: «Мама!» — Серёжка проснулся.
— Иди вон, у тебя дитё проснулось. А с Пашкой я сам разберусь, по-мужски всё обговорим. Знаю, что виноват, но не со зла ведь.
— Смотри у меня! — и мама убежала к Серёжке.
— Прости, Викёныш,- дядя
