Бессмертная любовь

тело вампира. Вытащив меч Айво из своей ноги, он затем извлек собственный клинок из шеи последнего подручного.
– Видео! – рыкнул он.
Вампир прижал ладонь к ране на шее и бросился к маленькому компьютеру, стоявшему в соседней комнате. Получив диск с видеозаписью, Лахлан вознаградил вампира быстрой смертью. Однако путь его еще не был свободен. Еще несколько вампиров столпились у входа в кабинет убитого короля, впереди всех стоял его давний враг – Лотар.
Лахлан прищурил глаза. Лотар не мог занять трон: в нем не было монаршей крови. Лахлан знал лишь одного возможного наследника – Кристофа. Если только он не отправился за Эммой.
Он оскалился на Лотара.
– Если будешь действовать, как они, – последуешь за ними. Я охраняю ее всеми силами.
В ответ Лотар только чуть обнажил свои клыки.
Лахлану безумно хотелось убить их всех – но ему гораздо важнее было вернуться к Эмме.
Он вышел на солнечный свет. Еще никогда его так не радовало безоблачное небо.
Эмма знала, чего ей это будет стоить.
Она очнулась от кошмарных снов, в которых кто-то лил ей в горло кровь, которую ее желудок не принимал. Сначала была кровь в стаканах, потом все начали совать ей к губам разрезанные запястья… Но она не пила ни у кого, не желая рисковать новыми воспоминаниями.
Голос Анники был полон тревоги. Мист пыталась ее успокоить:
– Анника, мы что-нибудь придумаем. Пойди и поговори с тем оборотнем, что сидит у нас внизу. Может, он знает что-то такое, чего не знаем мы.
Через десять минут разъяренная Анника ворвалась к Эмме в спальню. С трудом приоткрыв глаза, Эмма увидела, как за ней ковыляет какой-то мужчина со скованными за спиной руками. Следом за ними шли Люсия и Реджин с задумчивыми лицами и обнаженными мечами.
Мужчина был высоким, с заросшими щетиной щеками. Глаза у него были ярко-золотыми, а бессмертный облик запечатлелся с морщинками от озорных улыбок, веером расходившихся от уголков глаз. Он был настолько похож на Лахлана, что Эмме стало больно. Гаррет.
Будет ли он презирать ее за союз с его братом?
Анника указала на Эмму.
– Неужели Лахлану надо было мстить ей? Мы все страдали от рук вампиров, но этому псу вздумалось наказать за это нашу Эмму, которая невинна и добра! – Она открыла ногу Эммы. – Посмотри на эти рваные раны! Они не заживают. Что он с ней сделал? Ты мне скажешь, или…
– Господи! – пробормотал он. – Это же его… Нет, не может быть! – Он шагнул вперед, но Реджин дернула его за наручники, отбросив назад. – Пусти меня ближе! – прорычал он, обернувшись. – Ближе, или вы моей помощи не получите! – Его голос приобрел угрожающие нотки. – Вылечите ее!
– Мы все перепробовали!
– Почему она не пьет? Да, валькирии, я в моей комнате слышу, о чем вы шепчетесь. Я знаю, что она такое. Я только не знаю – как она оказалась подругой моего брата.
– Эмма никогда не станет подругой одного из вас.
– Это уже сделано, – хрипло заявил Гаррет. – Уверяю вас.
Эмма открыла глаза. Ей нужно было объяснить…
Анника ударила его, и Гаррет пошатнулся.
– На ней его метка, – отрывисто сказал Гаррет. – Он за ней придет. Я только удивляюсь, почему она все еще здесь?!
Анника снова замахнулась, но Эмма не могла допустить, чтобы Гаррета били.
– Анника, не надо…
– Влейте кровь ей в горло! – посоветовал Гаррет.
– Думаешь, мы не пробовали? Ее сразу же рвет.
– Тогда попробуйте другую кровь. Возьмите мою.
– Почему тебе это важно?
Его голос звучал так нежно и так походил на голос Лахлана, когда он ответил:
– Потому что она – моя королева, и я за нее умру. Аннику трясло от ярости.
– Никогда она не станет твоей королевой! – прошипела она.
– Проклятие, дайте ей выпить моей крови!
– Она не станет! – пролепетала Анника, которая вдруг оказалась на грани слез.
Такое с Анникой было только однажды. Эмме хотелось пить. Она не хотела умирать, но, казалось, ее клыки стали маленькими и ни на что не годными. Она боялась, что Деместриу отравил ее своими когтями, и чувствовала такую слабость, что едва могла держать глаза открытыми.
Гаррет сказал:
– Дайте мне поговорить с вампиром, которого я почуял в этом доме.
– Откуда он может что-то знать?..
– Дайте мне с ним поговорить! – зарычал он.
Анника приказала Люсии привести Мист и Роса. Спустя несколько секунд Эмма снова услышала странный акцент Роса – и открыла глаза. Словно в замедленной съемке Гаррет вырвался из рук Реджин и рванулся к вампиру. Они схватили друг друга за горло.
– Вылечи ее, вампир! – прохрипел Гаррет. Негромко, угрожающе и удивительно спокойно’ Рос сказал:
– Больше так не делай, оборотень.
Он не стал прибегать к угрозам по формуле «если… то».