Бестиарий

услышал возмущенные гудки — это «хаммер» влился в поток движения.
Гриру хотелось смеяться. Господи, еще секунда — и его бы разделали как миленького. И кому он обязан своим спасением? Зануде Фостеру. Тот появился как нельзя более кстати.
— Вы знаете этих людей?
— Да. Но это не то чтобы друзья….
Фостер нервно усмехнулся.
— Да уж.
Грир полез в карман рубашки и достал пачку «Мальборо». Сунул сигарету в уголок рта, протянул пачку Фостеру.
— Угощайтесь. Ваша тайна умрет вместе со мной.
Фостер взял сигарету (пальцы дрожали до сих пор), достал из своего кармана коробок спичек, прикурил сам, поднес огонек Гриру.
— Знаю, что курение вредит здоровью… — пробормотал он, как бы давая понять, что и это не избавит от пагубной привычки.
Оба они глубоко затянулись, стояли и смотрели на поток машин, проплывающий мимо дальнего конца стоянки. Грир чувствовал, что нравится ему это или нет, но он теперь обязан этому человеку. Что ж, настанет день, когда он будет чист как стеклышко, придет и сдаст все положенные анализы мочи и крови.

Если Картер и надеялся, что его отсутствие останется незамеченным, то вскоре обнаружил, что глубоко заблуждался. Ко времени, когда он во второй половине дня попал наконец в свой кабинет, на столе, рядом с телефоном, высилась целая груда записок, начинающихся примерно одинаково — «Пока вас не было…». По крайней мере, две из них были от рассерженного босса, Гандерсона. После проверки электронной почты этот список резко возрос. Чего тут только не было: начиная с уведомления федеральной службы о том, что он неправильно заполнил бланк осмотра места происшествия (он уже потратил бессчетное количество часов на бюрократические разбирательства вокруг красной ленты, отмечающей место обнаружения Мужчины из Ла-Бре), заканчивая посланием от хакера (как только эти типы его находят?), где говорилось, что «кровь Уильяма Смита по прозвищу Черный Ястреб взывает к отмщению». Имелось и послание от Дела, где тот спрашивал, стоит ли ему собирать рюкзак и отваливать назад, в Такому, или все же Картер намерен вскоре продолжить работу.
Короче, объясняться предстояло со многими, и Картер это понимал. Хотя теперь ему было совершенно не до того.
Почтовых посланий тоже было полно. Он торопливо перебрал конверты и остановился на одном, большом и толстом, из лаборатории доктора Пермута при Нью-Йоркском университете. У них с Пермутом постоянно возникали расхождения во взглядах, но когда дело доходило до анализа и определения возраста лабораторных образцов, тут равных доктору не было. И Картер, зная это, обратился именно к нему, умоляя сделать последнее одолжение. Он нетерпеливо разорвал конверт, бегло просмотрел графики, скрепленные с письмом, и нашел что искал. Человеческим костям, извлеченным им из колодца № 91, было около девяти тысячи лет, с погрешностью плюс-минус одно столетие.
Что вполне соответствовало более ранней находке — костям Женщины из Ла-Бре, обнаруженным в расположенном неподалеку колодце несколько лет назад.
Ему хотелось поделиться этой новостью, особенно с Делом, но вряд ли в этот час тот находится здесь, в музее. На улице уже стемнело, и все, что Картер видел, глядя из окна, — это собственное отражение. Выглядел он скверно: рубашка измятая, волосы непричесанные, лицо осунувшееся. Впервые увидев бестиарий, он затем почти не спал ни одной ночи, а большую часть дня проводил, изучая и наблюдая животных. Он слишком много работал, слишком мало спал, к тому же постоянно подавлял желание рассказать об этих чудесах, но не мог нарушить данное аль-Калли слово, а потому был измотан физически и морально.
Даже теперь, понимая, что надо поехать домой как следует выспаться, чтобы наутро бодрым и свежим вернуться на работу — не в имение аль-Калли, а в музей, — он не мог двинуться с места. Слишком много событий произошло, слишком много было поставлено на карту. Он чувствовал себя виноватым за то, что возложил на Бет все обязанности по дому. Перед Делом тоже — за то, что бросил его в разгар работы над ископаемыми останками. Возможно, теперь самое время познакомить Дела с данными по определению возраста лабораторных образцов, они его, несомненно, заинтересуют. Или же, напротив: уговорить его оставить работу над останками Мужчины из Ла-Бре и рассказать о животных аль-Калли — только Дел сумеет ему помочь во всем разобраться.
Но прежде надо уговорить Гектора отвести его в подвал, где они с Делом устроили маленькую лабораторию. Хотя последние распоряжения Гандерсона строжайше запрещали Картеру работать в музее в неурочные часы и он ожидал от сторожа отчаянного