Бестиарий

Хасан приник к темному стеклу. Он вырос в этих местах, у него были жена и две дочери, некогда ему принадлежал здесь лучший продуктовый магазин. Теперь осталась лишь собственная жизнь, ничего больше.
— Да, — ответил он. — Мы должны подъехать к месту, где дорога расходится двумя путями.
— К развилке, — поправил очнувшийся от дремы Лопес.
— Ладно, к развилке, — сказал Хасан. Он так ненавидел всех этих людей, что боялся: вдруг они почувствуют эту ненависть в самых обычных словах. — Там надо свернуть вправо, потом проехать еще мили три.
— Та дорога разминирована? — спросил Садовский.
Хасан понятия не имел. Все остальные — тоже.
— Дальше что? — спросил Грир.
— Вы увидите стены футов десять, если не больше, высотой и большие железные ворота.
— Если их еще не уволокли, — с кривой усмешкой вставил Садовский.
— Их никогда не украдут, — убежденно сказал Хасан. — Местные очень боятся.
— Кого? Саддама? — спросил Лопес. — Но мы его уже поймали. Или они об этом не слышали?
— Не Саддама. Они боятся аль-Калли.
— А что такого страшного в этих аль-Калли? — спросил Лопес.
Что мог ответить Хасан? Как он мог объяснить этим невежественным людям, этим варварам, кем были здесь аль-Калли? Но сказать все равно придется. Он должен сделать это, чтобы они не теряли бдительности. Потому что если потеряют, сами погибнут и он, Хасан, вместе с ними.
— Аль-Калли — древнейшая и самая могущественная в Ираке семья. Когда-то там был их дворец, а Саддам его отобрал.
— Он у всех все отобрал, — заметил Грир.
— Но аль-Калли обязательно вернутся. Они прожили здесь больше тысячи лет, — Хасан опустил взгляд на скованные руки, — целую вечность.
Садовский и Грир обменялись улыбками. Именно эта ерунда, которой набиты головы иракцев, делает их столь легкой мишенью и добычей.
— Так, дальше что? — спросил Грир. — Стало быть, они жили какое-то время здесь, и…
— Разные рассказывают истории, — ответил Хасан, прекрасно понимая, что над ним смеются. Он покрутил онемевшими руками, чтобы восстановить кровообращение. — У аль-Калли была… большая сила. Здесь происходили странные вещи. Вы должны быть очень осторожны.
— Кого собираешься вызывать? — спросил Лопес, грозно потрясая оружием. — Каких-нибудь своих джиннов?
Сидевшие в машине солдаты дружно расхохотались, но Хасан так и не понял почему. «Перебить бы их всех до единого, захватить машину и бежать…» — подумал он.
Если бы нашелся способ, Хасан не колебался бы ни секунды. Вот только куда?
«Хаммер» продолжал трястись по дороге, на которую нанесло столько песка, что порой она просто сливалась с пустыней. Садовский, подавшись вперед, всматривался сквозь ветровое стекло. У него из головы не выходили противотанковые мины. Неделю тому назад двое его товарищей из 3-го пехотного дивизиона ехали на девятнадцатитонной бронемашине и нарвались как раз на такую на мину, в результате каждый оставил на дороге по ноге.
Впереди, если только не почудилось, мелькнуло что-то белое. Садовскому показалось, что навстречу из песков пустыни начал подниматься мираж. Это были стены, о которых говорил Хасан, только он преуменьшил размеры: высота их составляла футов пятнадцать — двадцать, по крайней мере, так показалось издали; а в каждую из сторон стены тянулись примерно на четверть мили. Садовскому уже довелось «освобождать» два дворца Саддама, в реальности они оказались куда менее впечатляющими, чем выглядели на экране в программах MTV, и менее всего походили на дворцы в его понимании. Но здесь было нечто особенное.
— Где-то впереди, примерно в полумиле к западу, — доложил Донлен.
— Уже вижу, — ответил Садовский.
Башни тут тоже были, они поднимались высокими белыми колоннами от стен, точно иглы, вонзались в самое небо; вообще дворец поражал величием. Даже придорожный пейзаж стал меняться. По обе стороны высились финиковые пальмы, виднелись останки какой-то другой растительности, погибшей от нехватки воды. «Должно быть, некогда это был весьма впечатляющий подъезд к воротам», — подумал Садовский.
Капитан Грир поднес к глазам бинокль, осмотрел стены, но единственными одушевленными существами здесь были грозные на вид черные вороны, целая их стая примостилась на парапете возле главных ворот. Сами же ворота, как и предсказывал Хасан, оказались целыми, заперты они или нет, трудно было сказать. На всякий случай он захватил с собой пару комплектов взрывчатки.
— Останови в пятидесяти ярдах, — приказал Грир Садовскому. — Жди в машине, мотор не выключать.
«Хаммер» затормозил на покрытой песком дороге. Хасан мысленно вознес молитву.