Бестиарий

шпилей и коньков крыши, серебрящихся в лунном свете.
— Они называют его замком, — сказал Садовский.
— Ни хрена себе…
На взгляд Грира, это внушительное здание походило на цельный каменный утес с небольшими вкраплениями деревянных деталей. Из занавешенного окна на лужайку падал желтоватый луч света.
Садовский притормозил у самого дома и обернулся к нему.
— Значит, так: бассейн, теннисный корт и все такое находятся за домом. Слева конюшни и нечто вроде амбара. Задняя калитка, ну та дверь, что я тебе показывал и где буду ждать, прямо за ними. Не найти ее нельзя, пойдешь по служебной дорожке.
Грир не двинулся с места. Садовский выждал, а потом спросил:
— Капитан? — словно они вновь попали в старые добрые времена.
— Да, — ответил Грир и еще раз окинул взглядом огромный дом. — Я все понял.
— Сколько тебя ждать?
— Дай мне час, но оставайся на связи, может, и раньше выйду.
— Вас понял. Конец связи.
Грир ненавидел эти дебильные армейские шуточки.
Он вышел из машины и тихо закрыл за собой дверцу: не стоит объявлять на всю округу о своем прибытии. Ночь стояла теплая, дул легкий бриз. Он махнул рукой, давая понять Садовскому, чтобы отъезжал. Патрульная машина дала задний ход, затем медленно развернулась на дороге и скрылась за поворотом. Поскольку выезжать с территории он будет из-за будки, есть надежда, что охранник Реджи не заметит отсутствия в салоне второго человека. А если заметит, Садовский скажет ему, что Грир занят починкой сломавшегося детектора движения и что он заедет за ним немного позже.
Когда машина скрылась из виду, Грир окинул дом внимательным взглядом. Широкая каменная лестница вела к массивной деревянной двери, от фасада ответвлялись два крыла в несколько этажей каждый, большую часть стен покрывал густой плющ. Слева располагался гараж на шесть автомобилей, крышу его венчал флюгер в форме все того же павлина на шесте.
Он что, свихнулся на этих птицах?
Грир медленно приблизился к лестнице, но при этом старался не походить на человека, который хочет подкрасться незаметно. Поправил кепку с козырьком, снял с пояса карманный фонарик и уверенно поднялся по широким ступеням, изображая из себя патрульного. Тронул дверную ручку — заперто, тоже мне, сюрприз, — и поднял глаза на камеру наружного наблюдения, закрепленную над горгульей из камня. Этот ухмыляющийся демон с обезьяньей мордой напомнил ему горгулий, которых он видел еще ребенком, на старой церкви в центре Лос-Анджелеса. Последний раз, когда он проезжал мимо этого места, церкви там не было, вместо нее построили гараж.
Интересно, подумал Грир, где находится источник питания этих камер? Может, тут есть подземный командный центр с круглосуточно работающими дежурными или же в будке у Реджи есть монитор и все изображение подается на него? Садовский сказал, что просмотрел все файлы «Серебряного медведя» и никаких указаний на то, что эта система наблюдения отличается от обычной, не нашел. Но Садовский уже не раз подводил Грира, и он понимал, что целиком полагаться на его информацию не стоит.
Стараясь держаться в тени и одновременно не делая подозрительных или резких движений, Грир прошел вдоль всего дома, затем свернул в небольшие воротца и увидел тележку для гольфа с маленькой гофрированной крышей, что примостилась возле суперсовременного черного лимузина «мерседес». Грир заглянул в салон и увидел, что модель оснащена по последнему слову техники и усилена броней, которой он не видел даже на военных «хаммерах». Этот аль-Калли знает, как надо путешествовать… и вообще умеет жить.
Грир нашел еще одну дверь в дом, боковую, но она тоже оказалась заперта. Мало того, уже по характерному звуку, с которым повернулась ручка, понял, что дверь изнутри заперта на задвижку и усилена в этом месте металлической пластиной. На стенах висели медные светильники, отбрасывающие на землю желтоватые круги света. Грир направился к задней части дома.
Именно отсюда и открывался самый впечатляющий вид на поместье. За широким портиком тянулся длинный строй деревьев в полном цвету, за бассейном виднелся небольшой летний домик, напомнивший Гриру открытые эстрады с козырьком, где Четвертого июля собирались старики в соломенных шляпах и играли военные марши. Тут же стоял деревянный мольберт, рядом с ним — столик с кисточками и прочими принадлежностями для рисования.
Грир обернулся и взглянул на дом: в нескольких окнах горел свет, на верхних этажах и на первом. Стараясь держаться в тени, он бесшумно подкрался по каменным плитам и заглянул в одно из окон на первом этаже. Окна тут были узкие, стрельчатые, с тонкими ромбовидными рамами. Внутри он увидел детский затылок с кудрявыми