Это единственный роман о мафии, написанный женщиной. Он изобилует интимными подробностями из жизни «сильных мира сего». В жестоком мире преступного бизнеса, где выживает сильнейший, бедняк-эмигрант сколотил баснословный капитал, прибрал к рукам фешенебельные отели в столице игорного бизнеса Лас-Вегасе.
Авторы: Коллинз Джеки
этому объяснение. Она не хочет загадывать далеко вперед, потому что считает, что на осуществление их мечты уйдут многие годы. Какой сюрприз ее ждет, когда он скажет, что будущее — уже за углом!
Он приискал квартиру, за которую внес солидный задаток, — небольшую, зато в фешенебельном районе, недалеко от Парк-авеню. Леоноре должно понравиться. Она сама ее обставит. Единственное, что он купит к ее приезду, это огромную и очень мягкую двуспальную кровать.
Джино застонал. Кровать. Секс. Женщины.
Прошло столько времени! Но он дал Леоноре слово, а слово Джино Сантанджело крепче стали.
Он показал квартиру Вере, и она пришла в восторг.
— Джино, твоя крошка будет счастлива! Ничего лучше я еще не видела!
Вера была по обыкновению пьяна, но его это не смущало. Пусть пьет, если это помогает ей влачить день за днем. Он предлагал ей деньги, чтобы она могла перебраться в приличную комнату, но она отказалась.
— У меня уйма постоянных клиентов, я не могу их бросить.
Конечно, это только предлог. До Джино дошли слухи, что Паоло снова сидит, так что Вера предпочла остаться там, где он сможет потом найти ее.
— Я не отвечаю, если вы снова сойдетесь и с тобой что-нибудь случится, — предупредил Джино.
— Ясное дело, малыш. Я сама о себе позабочусь.
Ага — как в прошлый раз. Оставалось надеяться, что Паоло не слишком скоро отпустят.
Когда они приехали в Чикаго, шел снег. Крупные хлопья падали на лицо и одежду, становясь каплями.
— Стоило тащиться в такую даль, чтобы нарваться на такую мерзкую погоду, — ворчал Альдо. Правда, однако, заключалась в том, что он не любил далеко уезжать от Барбары Риккадди, с которой у него был бурный роман. После их первой встречи он целый год преследовал ее, но безрезультатно: она, со своим острым язычком, посылала его куда подальше.
Однако постепенно он умаслил ее до такой степени, что она расторгла свою помолвку с копом и начала встречаться с ним. Барбара немилосердно шпыняла Альдо по поводу и без повода, но он был даже рад этому.
— Первая настоящая женщина в моей жизни! — хвастался он, и на его лице появлялась загадочная, отрешенная улыбка.
Они взяли такси и доехали до отеля, где Энцо назначил им встречу. Администратор предложил им подняться в лифте на пятый этаж. Там двое телохранителей Энцо подвергли их тщательному обыску.
Альдо страшно оскорбился.
— Он мой кузен, так вашу мать! За кого вы меня принимаете? Ага, вам нужна моя пушка — подавитесь! — он протянул парням маленький пистолет двадцать пятого калибра. Однако они продолжали обыск и наконец добрались до спрятанного за голенищем шестидюймового охотничьего ножа.
Альдо пожал плечами.
— Ну и что? По-вашему, я намеревался зарезать своего двоюродного брата?
В глазах Джино Альдо был чем-то похож на белку. Ему стукнуло двадцать, но он не вышел ростом, был мелок костью, суетлив, с выступающими зубами и неумеренной страстью к обжорству. Джино почему-то представлял к Энцо примерно таким же, но он ошибся.
Энцо Боннатти оказался рослым двадцатидвухлетним парнем с прямыми черными волосами и глубоко посаженными глазами. Он был красив зрелой, мужественной красотой и пользовался славой крутого парня. Говоря о Капоне, не забывали упомянуть Боннатти. Они постоянно спорили между собой за сферы влияния в Чикаго.
Боннатти официально поздоровался с новоприбывшими за руку и подал знак одному из телохранителей принести напитки.
— Итак, — произнес он, садясь в кресло, — какого дьявола вы заявились в Чикаго?
Джино объяснил. Альдо молча сидел рядом.
Энцо выслушал. Нельзя сказать, будто он нуждался в двух птенчиках из Нью-Йорка, не представлявших никакой реальной силы. Зато он нуждался в своих людях, которым мог бы довериться. Чем выше он поднимался, тем опаснее становился путь. Затянувшаяся вражда с Капоне превратила его жизнь в ад. Он даже не мог сходить в сортир без того, чтобы телохранитель не проверил унитаз.
Альдо был кровным родственником. Правда, они не виделись десять лет, с тех пор, как он уехал в Нью-Йорк. И все-таки кровная связь что-нибудь да значит.
Дело, предложенное Джино, имело свои плюсы. Можно было, не ударив палец о палец, отхватить кругленькую сумму. Парочка телефонных звонков. Замолвить за них словечко…
— Слушай, Джино, не обижайся, но мне нужно потолковать с Альдо один на один.
— Само собой. — Джино встал. С начала разговора прошло два часа, и он почувствовал: толк будет.
Один из телохранителей, Сальваторе, отвел Джино в забронированный для них номер.
— Нажмешь вот на эту кнопку, — дружелюбно объяснил он, — и получишь все,
