Бей первым

парнишка из Заболотной, Ваней его звали, на год младше меня был.
– Сейчас всё сделаем. Сразу говорю, все имущество татар моё, взятое с саблей в руке, чему вы были свидетелями, на имущество Андрея Евсеевича и новгородских купцов я не претендую. Понимаю, что на первый взгляд это глупо, но много всего, поэтому и дарю.
Оказалось, среди пленных был и один купец, их двое ехало этим караваном, я так и думал, что тот мужичок с подпалённой бородой – купчина, вид и одежда выдавали это. Дальше я срезал верёвки, и все пленные бросились к крайней подводе, под ней как раз и сидела уже затихшая Глаша, её оттуда мать вытащила, обнимая, обе ревели. А остальные хватали съестное, что было тут разложено на повозке, татары даже гороховую похлёбку прихватили в чане, накрыв крышкой, так что поели хорошо, и хлеб был, и пучки зелёного лука, чеснок, отлично поснедали, и я вместе с ними. Когда все пришли в себя, утолили голод, то пора стало заняться трофеями. Пока освобождённые утаскивали трупы побитых татар подальше, чтобы не смердели да хищников к лагерю не приманивали, я для начала собрал всё оружие, снимая ремни вместе с кошелями. Саблю старшего я сразу после боя поднял, довольно цокая и изучая лезвие. Вот эта сабля другое дело, не дамаск, конечно, или булат, но хороший мастер делал. Так что левую саблю я снял, её место правая заняла, у остальных ордынцев были схожие, и менять я смысла не видел. А на место правую, уже хорошую, и нормальную саблю подвесил. Единственно, надо бы ножны ей поплоше подобрать, а то уж больно красиво отделаны, не по статусу они мне, да и рукоятку тоже.
После плотного ужина деревенские в основном спать легли, а я, взяв пару мужиков покрепче, сходил за тем часовым, что лежал у табуна, ну и вернулись с ним. Мы отошли чуть в сторону по оврагу, всех трёх сюда притащили, я привел в сознание старшего и стал допрашивать его. Надо сказать, особо тот и не запирался, даже не пришлось проводить первичные методы дознания, вроде пыток. Тот легко выдал ту информацию, что мне была нужна. Не было никакого нашествия. К великому князю Василию прибыли посланники от Золотой Орды, хотя дань не платили уже почти десять лет, после того как территории Орды подверглись нападению Тамерлана. Вот и решили вернуть этот обычай, но были отправлены восвояси. С посланниками было пятьсот воинов, охрана, вот их по полусотнями и отправили в окрестности, грабить и разорять. Да уж, тут никто не ожидал такого неожиданного появления татар.
Допрашивал я полусотника, а это был именно полусотник, в одиночку, всех, кто мне помогал, я уже отпустил отдыхать, а сам занимался расспросами, тем более раз пленный так легко идёт на контакт, то почему и нет? Самое интересное тот выдал в конце. Оказалось, тверские решили заплатить ордынцам, чтобы те ближе к осени устроили налёт на московские и владимирские княжества, мол, они со своей стороны подсобят. Оплату ордынцы приняли, это произошло ещё до того, как посланники с князем московским пообщались, и вот сейчас собрались возвращаться. Да, воин знал, где находится сундук с платой и дарами. Там же, где и посланники, у села рядом с городом Дубна, что в Тверском княжестве. Далеко ушли, чтобы москвичей ввести в сомнение, а оттуда в набег пошли. Хитро. Да и тут схитрили, ушли немного в сторону Москвы и на второстепенную свернули, чтобы повернуть обратно по другой дороге. Следы неплохо путают.
Узнав, что посланники будут ждать ещё неделю – этот налёт быстрый был, разорить имения, церкви, похватать что ценное и уходить, – я встал и, не сомневаясь, трижды кольнул остриём новой сабли в горло всех трёх татар. Они мне были уже не нужны. Да, как-то после первых смертей вот так лицом к лицу я стал это делать всё легче и легче. Кстати, за всю жизнь я впервые убил человека, только попав в это тело. Те двое татей из деревенских были первыми, да и убил я их дистанционно, остальное уже приложилось тут. В общем, понял, что отношусь к смертям довольно спокойно, даже когда совершаю их сам. Вот и тут так же. Задумавшись и планируя дальнейшие шаги, я направился обратно. Со старшего уже всё сняли, кольчугу в том числе, трофеи мои отдельно были сложены, поэтому, вернувшись в лагерь, я не торопился ложиться. Похоже, полусотник рассказал мне правду, не заметил я, чтобы тот врал, это он меня не видел, а я его хорошо рассмотрел и мимику изучил. Тот ведь думал, что я его тоже не вижу, мог корчить рожи, но не корчил, правду сказал. Достойный противник, скажу, характер чувствуется, приятно с таким дело иметь, но тут судьба, сам к нам в набег пошёл. Оттого о его смерти я не жалел… Хм, а сундук с дарами нужно прибрать, пока с посланниками всего полторы сотни осталось, остальные три с половиной в поход ушли. В общем, скраду ночью сундук, как, пока сам не знаю, и спрячу, в будущем всяко пригодится.
Примерную