Бей первым

кнута одного из воинов, который решил меня поторопить, и тут же в моих руках появилось пять метательных ножей. Три в правой, два в левой, и я метнул их, покрутившись волчком, чтобы усилить бросок инерцией своего тела. Ни одного промаха, все ушли точно в цель, двоим в незащищённые шеи, троим в глаза, на шеях у тех была кольчужная защита. Единственные слабые места – ноги, кисти рук, лицо. Пришлось метать в глаза. Пятеро воинов осели на шеях своих коней, включая того, что кнутом меня хотел огреть, причём все пятеро были с одной стороны, оба наличных лучника, что тут присутствовали, тоже получили свои ножи, ну а я метнулся в лес, успев уйти до того, как остальные, матерясь, прорвались через стоявших лошадей, свалив на землю убитых всадников, и нагнали меня. По лесу те меня тоже гнать пытались, матерясь от злости и ярости. В секунду потерять пятерых товарищей, это очень сильно било по нервам. Мне это тоже было нужно, легче будет справиться с ними.
Охотничий нож уже тоже улетел, отправив на тот свет очередного воина, а вот с обеденным вышла промашка. Воин опытный был, смог перехватить бросок кольчужной перчаткой, зажав мой нож в руке. Неплохо, я так тоже учусь делать, перехватывать летящие ножи. Точнее, пытаюсь, у меня же нет напарника, чтобы их в меня кидал, пришлось импровизировать, вроде самострела делать. Ловил двумя руками, как бы хлопая ладонями. Ловил не нож, заготовку пока, чтобы не пораниться, но неплохо так уроки шли, до момента налёта ордынцев. С тех пор в этом не тренировался. Это я к чему, воины тоже не простые оказались, один метал ножи не хуже меня, спасали только деревья, за которыми я прятался на бегу. Однако оставшиеся четверо воинов всё же смогли прижать меня к кромке кустарника, густого, не продерёшься. Причём видно, что живым меня брать не собираются. Так что, достав саблю и кинжал, я приготовился подороже продать свою жизнь, меня тоже просто так не возьмёшь. Вон, и ножи метали, и сулицы, все три наличных, а я живой и без царапинки. Только зло скалюсь, готовясь к доброй схватке. Тяжело будет против всадников, а они все всё ещё верхом, но, думаю, справлюсь, хотя подобный бой для меня будет первым, и я надеялся пережить его. Хорошо, что сулицы те уже использовали, а пик у них не было, иначе мне была бы хана.
Укол саблей в ногу одного, почти порезал сухожилия под коленом, и бросок кинжала во второго. Ну вот, теперь их двое против меня и третий подрезанный, что отъехал за спину двух других. Постепенно число противников сокращалось. Эти двое были вооружены мечами. Никак нельзя было подставлять под их удар саблю, хана ей будет, если только у рукоятки, где была толстая сталь, вот тут удар ещё может выдержать, специально так сделано. Этих двоих я также подранил в ноги, крутясь между ними и опасаясь ударов мечей, после чего отбежал подальше, прижать к кустарнику они всё же меня не смогли, вывернулся, и стал терпеливо ждать. Третий повязку накладывал, даже жгут не использовал, чтобы остановить кровь, видимо понятия не имея об этом, остальные тоже сильно кровили. Те матерились, обвиняя меня во всех грехах и обещая то, что со мной сделают, а я лишь спокойно смотрел, как они умирают. Зная, куда бить, нетрудно было поразить в артерии, и они истекали кровью. Потом я спокойно подошёл и добил ослабевших. Грязная работа, самому противно убивать вот так русских людей, что лишь выполняли приказ, но куда деваться? Тут только одно успокаивало, инициатором был не я, а их хозяева бояре. Кстати, я собирался вернуть Ворона, так что навестим их. Пройдусь по следу, найду, где находится поместье.
Быстро собрав своё оружие, включая метательные ножи, протер их и убрал на место. Я взял под узду своих лошадей и завёл повозку в лес, скрыв там, потом собрал лошадей холопов, их было ровно десять, по количеству павших воинов, и тоже укрыл в лесу, привязав к повозке с разных сторон. Не хватало ещё, чтобы случайные свидетели внезапно появились и застали меня за сбором трофеев. Одного коня я забрал и, используя его для буксировки, утащил тела павших воинов с тракта в лес, а потом замёл следы боя на дороге. Дальше уже более приятное дело, хоть и кровавое, – сбор трофеев. Снял всё, вплоть до исподнего, и убрал тюками в повозку. Одежду отдельно, кольчуги или сбрую отдельно, оружие тоже. Поискал и нашёл все три сулицы. А вот свой обеденный нож так и не нашёл, наверняка где лежит в траве, но не обнаружил. Его и на теле убитого воина не было, что перехватил его, и на месте, где нож был пойман, оказалось пусто. А искать по всему лесу у меня времени не было, и так трофеев прилично, есть что выбрать себе. После этого я выехал на дорогу и покатил по ней следом за боярами, весь табун привязанной вереницей бежал за мной. Мне встретился караван, тот к селу шёл, конечно, кони, что были со мной, караванщиков заинтересовали,