Бей первым

у деревенских имелись. Так что чем поить щенков мне было. У самого со съестным тоже порядок, из чересседельных сумок побитых боевых холопов добыл, кстати и утвари теперь хватало. Я вот два дня в лесу стоял, мази варил. Пришлось из берестяной коры делать средства для хранений, вроде шкатулок. Криво получилось, но хоть так. Жаль, мази портятся быстро, но если потребуется, ещё сделаю. Зубную пасту сделал, её ещё на неделю хватит, и средство вроде антисептика. Пока нормально.
Постояв, определил, что на постоялом дворе определённо кто-то есть, видно движение, как и в деревне, да и дым из труб идёт. В отличие от бани, в харчевне печник поработал, там стояли вполне неплохие печи. Правда, повариха наша всё равно на открытом очаге готовила, и дым уходил в специальное отверстие в стене. Судя по дымку, баню затопили, видимо кто-то из клиентов попросил. Это хорошо, я тоже тогда попарюсь. Но сначала нужно проверить, кто там находится, не сменились ли хозяева. Оставив повозку в лесу, я её от тракта убрал, оседлал Ворона и рысью направился по дороге к постоялому двору. К счастью, все лица мне были знакомы, к сожалению, не все пережили налёт ордынцев, но я был рад выжившим. Когда я проехал ворота, наш конюх заорал, он тоже живой был, привлекая внимание. Так что, когда я соскочил с коня, меня уже окружили наши, Андрей Евсеевич подошёл и обнял, поблагодарив за помощь и спасение. Про дочку он тоже бы в курсе. Тут же мне шепнул, что знает про спасение князя, более того, Андрей Евсеевич ему сообщил, что я тут оставил бочку на хранение, с ней, кстати, всё в порядке, только побыстрее бы вывезти, нервирует она хозяина, знает, что такое огненное зелье, да ещё в таких количествах, ну и тот перед отъездом слугу тут оставил, со мной тот желает встретиться. Поэтому, когда мы прекратили обниматься, ко мне подошёл слуга князя, знакомый, из тех, кого я освободил из полона.
– Здрав будь, отрок Тит, – слегка поклонился тот. – Княже велел передать, что благодарен тебе за спасение от ворогов, и желает, чтобы ты навестил его в Москве.
– Да я даже не знаю, как его зовут, – несколько смущённо проведя по шее, сказал я. – Как-то времени с ним познакомиться не было. Да и где он проживает, я не знаю.
– Я проведу.
– У меня тут дела, тем более повозка с вещами есть. Сам в Москву собрался, так что князя я навещу.
– Хорошо, – снова слегка поклонился тот. – Князя зовут Алексей Олегович Вознесенский, от посольского приказа он. Мы к тверскому князю посольством ездили, а обратно нас поганые встретили и напали, им боевые холопы боярина Лысова помогали, давнего ворога князя. Сына его князь в сече зарубил, не простил ему этого боярин. Узнал о посольстве, сговорился с погаными и напал. Четыре боярина сопровождали Алексея Олеговича, двое пали от стрел поганых. Живых двое остались, Алексей Павлович Веретенников, от посольского приказа, и думный боярин Олег Кириллович Шелестов…
Слуга быстро описал, кто там есть и кем служит, так что я разобрался, кого спас. К тому же выяснил, что его не закрепили за мной постоянно, а чтобы обязательно передал слова князя и сопроводил к нему. Нет, тут было два выхода: вместе ехать к князю, или описать, где тот живёт, чтобы мне найти дом и самостоятельно заехать. Кстати, описывая местонахождение дома Вознесенского, он не говорил улицу или номер дома. Мол, такая-то улица от Кремля, такой-то дом. Да спросишь, там все знают, где проживает князь. В общем, со слугой, его Михаилом звали, договорились, что я еду в Москву самостоятельно и обязательно навещу князя, сопровождать меня не надо. Мол, у меня повозка, ехать медленно буду, на что слуга легко согласился, приказ хозяина он выполнил, а то, что вместе я отказался ехать, так это моё решение. Ну, а я сообщил, что дней через восемь-десять буду в Москве и обязательно заеду. А почему и не заехать, на самом-то деле?
Слуга ожидать не стал, ему уже оседлали коня, так что он только махнул рукой и ускакал. А что, время к обеду близится, успеет за остаток дня изрядное расстояние проехать. Видимо, надоело ему тут столько времени меня ожидать, вот и поспешил отъехать. Я тоже не задержался. В том смысле, что съездил за повозкой и вернулся уже с ней. Повозку загнали в амбар, он запирался, и оставили там. Бочку мне в повозку принесли и сгрузили. Тут всё нормально. Дальше, передав всю одежду, даже ту, в которой был, нашей прачке, чтобы та её постирала, я отправился в баньку. Она действительно приготовлена была. В руках у меня были мочалка из лыка и туесок с жидким мылом. Я всё-таки приготовил его, о чём ничуть не жалел. Тут ещё на пять омовений хватит, пару раз я купался в озёрах и пользовался им, то что надо мыло получилось, хорошо пенилось и счищало грязь. И для тела, и для волос годилось. Жаль, довольно сложный процесс приготовления,